–  Не делай глупостей, - попросил он Кирилла, когда тот потянул веревку на себя и привязал ее к полозьям сиденья.
– Ведь можно обо всем договориться… Э-э, парень! Мне же больно!

Теперь правая нога водителя была согнута в неестественном положении. Он не мог ни пошевелить ею, ни тем более давить на педали.

Выйдя из машины, Кирилл открыл дверь водителя и запустил двигатель. Водитель, кажется, понял, какой фокус ему уготовил наглый пассажир, и стал кряхтеть, пытаясь разорвать скотч и освободить руки. Кирилл опустился на корточки, выжал рукой сцепление и поставил рычаг передачи на первую скорость.

–  Держи педаль, а то улетишь, - сказал он водителю.

Тот, громко сопя, немедленно послушался и свободной ногой надавил на педаль сцепления. Кирилл на всякий случай кинул под передние колеса кирпичные обломки и, любуясь результатами своей работы, отряхнул руки.

–  Вот так, - удовлетворенно сказал он и, обойдя машину с другой стороны, осторожно снял машину с ручного тормоза. «Лексус», булькая мотором, задрожал на самом краю пропасти. Только два кирпича под колесами удерживали его от неминуемого падения. Если водитель по какой-либо причине уберет ногу с педали сцепления, машина рванет вперед и неминуемо свалится с обрыва.

Побледневший до снежной белизны, водитель начал извергать угрозы и проклятия в адрес Кирилла, но тот, затолкав ему в рот пучок пожухлой травы, пообещал:

–  Если я останусь жив, то обязательно вернусь. Если нет - то извини! Давить тебе на педаль до тех пор, пока не закончится бензин.

Включив обогрев сидений и салона на максимальную температуру, а заодно и магнитолу на всю мощь, Кирилл захлопнул двери и, заталкивая «макаров» за пояс, быстро пошел по лесу напрямик к особняку.

Погода в горах меняется быстро и непредсказуемо. Только что пронзительно светило солнце, а над головой плескалось ярко-синее небо. Но в одночасье все изменилось. На горных седловинах и цирках стали набухать облака, и чем обширнее и тяжелее они становились, тем ниже опускались. Было похоже, что со всех гор одновременно стали сходить какие-то странные, замедленные лавины. Небо потемнело. Верхушки гор срезало как ножом. На лес, по которому шел Кирилл, клочьями опустился туман.

Он едва ли не вплотную приблизился к особняку, стоявшему на крутом склоне, прежде чем увидел в тумане его смутные очертания. Особняк был недостроен, в оконных проемах второго этажа отсутствовали рамы и стекла, крыша была прикрыта рубероидом, но из печной трубы вился тихий дымок.

Кирилл подбежал к кирпичному забору, встал на выступ и заглянул во двор. Напротив калитки, уютно устроившись в плетеном кресле, сидел парень. Он был в белом горнолыжном костюме, который оттенял его смуглое лицо, на голове - красная болоньевая кепочка с большим козырьком от солнца. Глаза его были закрыты, но он не спал, а потягивал из бутылки пиво. «Э, да это же сноубордист! Катается, надо признать, он неплохо».

Не придумав ничего более остроумного, Кирилл поднял с земли смятую жестяную баночку из-под пепси-колы и кинул ее в железную дверь калитки. Банка цокнула, охранник вздрогнул и вскочил с кресла. «Лох! Клюнул с первого раза!» Как только охранник стал приоткрывать калитку, выглядывая наружу, Кирилл бесшумно перелез через забор и спрыгнул на упругий тюк пакли.

Охранник, выясняя причину жестяного звука, вышел за забор. Взяв ружье за ствол, Кирилл приблизился к калитке, встал за металлической дверью, ожидая, когда охранник вернется во двор. Хороший удар прикладом должен был сложить его пополам.

И вдруг - прокол! Кирилл вздрогнул от тихого металлического щелчка за своей спиной и даже не успел обернуться.

–  Ну что, обманул?
– тихо спросил его голос. В затылок Кириллу уперся ствол.

«Мне только на медведя ходить, - подумал Кирилл, очень досадуя.
– Потерял сноровку. Думал, что кругом все такие же идиоты, как водитель».

–  Ружьишко брось на землю, - прошептал охранник.
– Так, хорошо. Теперь ручки повыше подними… Ты один?

Кирилл отрицательно покрутил головой и медленно указал на противоположную линию забора, а затем оттопырил два пальца - мол, за забором еще двое. В это мгновение внимание охранника было сосредоточено на руке Кирилла и на расшифровке его знаков. В течение этого мгновения у Кирилла было преимущество, и, сжав руку в кулак, он откинул его назад, на голос. Сильный удар пришелся охраннику по переносице. Развернувшись пружиной, Кирилл добавил по физиономии ногой. Охранник отлетел к забору, но пистолет не выронил. Пришлось перехватить его руку на излом и еще раз двинуть кулаком в челюсть.

Потерявшего сознание сноубордиста Кирилл оттащил за бетономешалку. Снял с него ботинки, приподнял ноги и вытряхнул его из комбинезона. Хорошо, что парень был легким и от ударов Кирилла летал, как голубь. А если бы на его месте оказался такой увалень, как водитель? Связывая руки охранника скотчем и заклеивая ему рот, Кирилл сокрушенно качал головой. Надо быть более внимательным.

Натянув белый комбинезон на себя и пристроив на макушке кепку, Кирилл подобрал пистолет охранника и свое ружье и по битым кирпичам обошел дом с торца. Комбинезон был ему слишком мал, и подниматься по строительным лесам было ужасно неудобно. Зато этот маскарад при неожиданной встрече с кем-либо из обитателей особняка давал Кириллу драгоценное мгновение преимущества.