заметил, как уснул. Но ему было все равно, ведь он сейчас был дома, среди родных и близких.

Когда Данила проснулся, он чувствовал себя как заново родившимся. После разговора с

близкими и родными на душе полегчало, ведь теперь, он точно знал, что с ними все хорошо.

Единственное, что его тревожило, была рука, а точнее рана, которая не давала ему покоя и

постоянно ныла. Он посмотрел на нее и обнаружил, что никакого шрама нет. Это поставило

его в тупик, так как он чувствовал, что он там есть. Он чувствовал, слегка обжигающее

ощущение тонкого лезвия, как будто ему по руке только что им процарапали. Он огляделся

и понял, что находится в комнате один и в принципе, она какая-то пустая. Воздух какой-то

влажный, пыльный и в нем чувствуется тухловатые нотки, это пугало и настараживало его.

Он огляделся, вышел в коридор и прошелся еще по не кольким комнатам. Происходящее, пугало все больше, в комнатах никого не было. Все онибыли пустые и такое чувство очень

давно. Страх наполнял его скаждым движением все больше, безрассудство брато вверх над

трезвостью. Он уже не просто шел, он бежал по лестнице с этажа на этаж пытаясь найти

хоть какой-то отпечаток жизни, но все было безполезно. Его встречали только распахнутые

пустые комнаты, абсолютно одинокие и безжизненные. Он спустился на первый этах и

выбежал на улицу. Не просто страх. Страх, перемешенный с ужасом, бешенством, злостью

наполнил его. Передним открылась печальная и ужастная картина полуразрушенного

города. Вместо домов и узких улочек, жилого квартала, лежали остатки разрушенных и

растасканых, в прошлом массивных строений. Вместо широких улиц и массивных зданий

админестративного района, пустынные и одинокие улицы, сопустошенными, обобранными

зданиями. Он поднялся по лестнице самого большого и высокого здания, которое хоть

немного сохранилось и передним открылась пугающая, печальная картина заброшенного, ранее огромного и населенного, поселения Коломны.

– Печальная картина, не правдали, - ответил приятный, нежный и уже знакомый женский

голос.

– Это реальность или мы опять, у меня где-то в мозгу, -дрожащим, трясущимся голосом, задал вопрос Даня.

– Не совсем. Это не реальность, но и не то место где мы с тобой встречались раньше, это

твое воображение, твои сны, твои страхи если хочешь.

202

После услышанного, Даниле стало легче. Только найти своих близких и сразу потерять

все, своих родных, друзей, свой дом, только что обретенного заново отца и свое наиденное

призвание.

– Зря.

– Что, зря.

– Зря радуешься, что это не понястоящему.

– Почему, -удивленно, но спокойно произнес Даня, повернувшись к одетой все так же, в

легкую и свободную одежду девушке.

– Потому что. Если ты все не поменяешь, то скоро твой дом действительно превратиться

в это. Девушка взяла Даню за подбородок и грубым, резким жестом повернула его голову в

сторону разрушенного и опусташенного города.

Что-то поменялось. Даня, резко открыл глаза и понял, что находится в комнате Егора. Он

мотал головой в лучах тусклой лампочке, которая монотонно качалась из трононы в сторону, напоминая качание в качели. Он быстро осмотрел комнату и убедившись, что все хорошо, что не многочисленные вещи наместе, а его лучший друг дремлет по соседству, успокоился.

Он понимал, что еще очень рано, но он так же понимал, что заснуть больше не сможет и

собравшись тихо отправишся на улицу.

Выйдя на свежий воздух, который окутал его каким-то смогом и бымкой, он обл л на него

волну морозца, который не смотря на всю Данену утепленность давал о себе знать. Данила не

задумываясь направился в свой новый дом, по совместительству штаб искателей. Всю дорогу

он прокручивал свою встречу, с девушкой и ее слова.

– Если ТЫ ничего, не поменяешь, ТЫ ничего не поменяешь, ТЫ, ТЫ, ТЫ.

Прокручивая эти мысли. Даня быстро пролетел, по почти востановленным улицам

городка и оказавшись у порога своего нового дома, нажал на кнопку. Дверь фыркнула и Даня

вошел.

Под слабым свячением лампы, которая слегка мерцала, разглядеть человека стоящего