— Как тут возможно не заблудиться? — нарушил я тишину после нескольких минут блужданий.

— Лично я всё наизусть уже выучила, — заявила Калли с гордостью в голосе. — Но тут не всё так однотипно, как может показаться на первый взгляд. В разных переходах оттенки цвета сводчатого потолка и пола немного разнятся, дуга потолка тоже слегка отличается, даже ширина коридоров разная.

— Я разницы еще не заметила, — сквозь зубы произнесла Даша.

— В случае нападения на нас, враг тоже не заметит разницы, — с явным восторгом сказала Калли. — Чтобы не заблудиться здесь, достаточно выучить систему построения переходов. Но знаем ее только мы.

— Долго нам еще идти? — спросила Даша. Кстати, перемещаться здесь было куда легче, чем на поверхности. Палящее Солнце сменилось легкой подземной прохладой, а пол лабиринта был идеален, поэтому не приходилось преодолевать ямы и неровности.

— Нет, мы уже пришли, — ответила Калли, когда мы очередной раз сворачивали.

Метров через двадцать перед нами оказалась большая деревянная дверь, Калли с легкостью ее открыла и мы вошли в большое хорошо освещенное помещение со множеством дверей. В крупном кресле сидел худой высокий мужчина лет тридцати. Рядом с ним стоял стол, на котором лежало две винтовки и куча патронов.

— Привет, Червь, — поздоровалась с ним Калли. Да, его прозвище полностью отражало его внешность, с этим не поспоришь. Высокий, худой, в общем, с виду обладает супер-способностью пролазить в лунки для игры в гольф.

— Приветствую, Калли! — воскликнул мужчина, встал со своего кресла и легонько обнял Каллиопу.

Даша и я быстренько познакомились с новым для нас человеком. Я обратил внимание на то, что у Червя на левой руке отсутствовали мизинец и безымянный палец. Точнее частично отсутствовали, не хватало двух фаланг. Также на голове слева куда-то «потерялась» мочка уха.

— Где мы можем найти Курта? — спросила у него Калли. Червь сухо указал на одну из дверей в помещении. Видимо, он расстроился, что мы не задержались для разговора с ним на более длительное время.

— Крестоносцы? Или Первый? — задал я Калли вопрос, когда мы прошли сквозь дверь и оказались в большом освещенном коридоре.

— Ты про Червя? — усмехнулась Калли, указав большим пальцем назад. — Он таким побитым уже попал в Мечту. Но у него есть огроменный шрам на спине, который он получил уже тут. Одна из тварей Первого постаралась. Но Червь ее всё же завалил, упорный и живучий он засранец.

— Да что за твари у этого Первого?! — воскликнула Даша.

— Это… это сложно описать словами, — начала Калли. — Но и увидеть это можно лишь в его городе. А посторонних Первый не любит, как показывает практика.

После этого на полминуты наступила гробовая тишина, мы просто шли по проходу, в котором было множество дверей и свечей на стенах. Почему-то мне показалось, что это личные комнаты бойцов Нирваны. Но думал я сейчас именно над вопросом Даши: да что там за твари такие?! Подозреваю, именно они переломили ход сражения, когда Изида атаковала этот самый город Первого. Впрочем, его собаки тоже выглядят очень грозно. Особенно когда в памяти всплывает труп крестоносца. Да как они вообще загрызли его в такой-то броне?! Однако, вспоминая физику, могу предположить, что шестьдесят килограмм, врезающихся в тело на скорости под пятьдесят километров в час, способны причинить немалые разрушения в хрупком человеческом организме. И уж в девяноста девяти процентах случаев это собьет человека с ног. Как бы то ни было, не хотел бы я враждовать с Первым. Уж лучше мир-дружба-жвачка. Или хотя бы «ничто». Ничто предпочтительнее заранее проигранной войны.

— Подождите здесь, — скомандовала Калли, заходя в одну из дверей. Мы с Дашей послушно остались дожидаться ее возвращения.

— Мрачно в этой Нирване, — высказала свое мнение Даша.

— В Шпиле тоже мрачно, — вздохнув, произнес я. — Но там есть сакура во дворе.

— Теперь я понимаю, почему ты обосновался на природе, — улыбалась она. Ох, эта ее улыбка. Ради одной этой улыбки стоило попасть в Мечту.

— Нет, не поэтому, — ответил я. — Да и мрачность меня вполне устраивает.

Дальше мы просто молчали. И Даша старалась не смотреть на меня. Эта ее привычка начинала вызывать во мне отчаяние. Но благодаря этому я понял, что у нас с ней общего: мы оба всеми силами пытались не сближаться с людьми. Пускай и при помощи разных методов и средств. Да и причины у каждого из нас, скорее всего, были разными.

— Проходите, — сказала выглянувшая из приоткрытой двери Калли.

Даша и я вновь послушно выполнили ее команду и зашли в помещение. Это оказались не личные комнаты для сна и отдыха, как я раньше думал. По крайне мере, именно эта комната. Она больше походила на тюремную камеру. Перед железной решеткой с пластиковыми вставками в промежутках между прутьями, на простом табурете сидел Курт. А в камере находилась…

— Одна из собак Первого, — совпали мои мысли со словами Калли.

— О, извините, задумался, — произнес Курт, вставая с табуретки. Он всё также был одет в рваные джинсы и с голым торсом, прямо как при нашей первой встрече. Что ему мешает нормально приодеться? Или своим видом он что-то пытается символизировать?

— Здравствуйте, — сказала Даша. «Здравствуйте». А в меня при знакомстве ножом тыкала. Конечно, я же не двухметровый накаченный мачо. — Я Даша.

— Очень приятно познакомиться, прекрасная леди, — начал Курт свою речь профессионального Ловеласа, но я уже дальше не слушал его.