Во время пребывания в Сибиу (в сентябре — октябре) и Брашове (в ноябре — начале декабря) короля Венгрии убедили, что пошлина на транзит, утверждённая Владом для валашских городов, и закрытие дорог к Чёрному морю нанесли серьёзный удар по благополучию этих двух городов, а также навредили всему королевству, лишив крупного источника доходов. Напротив, присутствие Раду в Брэиле с июля позволило вновь открыть этот путь в Трансильванию. С июля или августа Матиаш Корвин заключил мир со Стефаном Молдавским, который заявил о своих претензиях на Килиа и предложил некоторую компенсацию — принять финансовое участие в выкупе короны.

Письмо графа секлеров и страны Барса от 15 августа объявляло об итоге мирного договора со «знаменитым князем Раду» и содержало удивительный постскриптум:

Саксонские бояре, секлеры и часть трансильванской знати приняли сторону Раду в июле и августе 1462 года, незадолго до приезда Матиаша Корвина в Сибиу и Брашов. Объединившись с колебавшимся венгерским сувереном для военной поддержки Влада Дракулы, трансильванцы не могли оставить безразличным Матиаша, особенно потому, что вместе с этим они предлагали денежную контрибуцию для выкупа короны.

У Матиаша был выбор: с одной стороны, папа и Венеция предоставляли ему некоторую сумму для организации похода на Мехмеда II, который опасался, что венгры опередят его в Сербии и Греции, а с другой — саксонские и секлерские города не выказывали никакого желания биться с турками. Они не хотели и помогать Дракуле, т. к. отношения с ним были слишком неоднозначными. Поддержка Трансильвании, богатой провинции, чьи доходы составляли две трети от всех капиталов королевства, была для короля жизненно необходимой. Более того, Матиаш был против переселения трансильванцев и сбежавших из Валахии. Халкокондил писал: «Пеонийцы [венгры, трансильванцы], чьих близких он убивал в стране даков, просили его голову». Что делать? Раду мог развязать внутренний конфликт с Владом. Это решение не могло не понравиться тем, кто понимал, что сезон войн на 1462 год был завершён, проходы по Карпатам усложнились из-за непогоды и скоро могли быть заблокированы снегами окончательно.

Но какова же была реакция Влада на это? Михаэль Бехайм рассказывает, что валашский князь в ноябре вернулся в Брашов с большой свитой. Матиаш Корвин ждал его «с графами, баронами, сеньорами, кавалерами и слугами». Оба провели там по меньшей мере пять недель. Разговоры не иссякали: о прошлом, настоящем и будущем. Что вынес он из этих переговоров? Как решить проблему присутствия Раду в Валахии?

Матиаш уже изменил мнение о своём подданном, но переговоры продолжались. Встал даже вопрос о возможной женитьбе Влада на молодой родственнице короля. Альянс, так беспокоивший Мехмеда II, мог наконец совершиться. Любопытно, что единственный источник, упоминающий об этом,— памфлет 1463 года, от которого у нас осталось лишь четыре рукописные копии. Последний отрывок напечатанного текста всё ещё отсутствовал, в то время как три уже были найдены. И лишь четвёртая, найденная около 20 лет назад в Лондоне, содержит последний эпизод рассказа, где говорится о свадьбе Дракулы:

Михаэль Бехайм располагал информацией от приближённого к Матиашу человека и не говорил ничего об этом союзе, но рассказал, что два князя, решившие отправиться в поход против турок, ушли на шесть миль в глубину страны Валахии, прибыв в замок Кёнигштайн в Карпатах, по дороге, ведущей в Тырговиште:

Русский рассказ 1486 года содержит одну деталь, которая дополняет картину: Влад был предан королю своими «в результате бунта». Это уточнение прекрасно показывает сложность ситуации.

Пленение произошло 25 или 26 ноября 1462 года, дата известна благодаря письму посла Венеции, который не уточняет причин, почему Матиаш Корвин решился на такое. Это напоминает странный захват Михая Силаги, дяди короля, также после противостояния с турками, в Сербии четырьмя годами раньше. Что же произошло? Почему Влад был пойман таким образом и брошен в тюрьму? Он, безусловно, был бунтующим вассалом, но по отношению к королю он всегда был верен, был противником турок, противостоял им много месяцев. Почему он был схвачен во время столь важной военной кампании, которая выстраивалась по проекту крестового похода от папы? [78] Эти вопросы интересуют не только современников. Их задавали все историки, интересующиеся мотивами такого важного решения. И особенно этими причинами интересовались две власти, которые тратили деньги на то, чтобы убедить Матиаша Корвина отправиться в крестовый поход для помощи Дракуле: папа и Венеция.

На протяжении всего 1463 года король Венгрии Матиаш Корвин пытался ответить на этот вопрос, писал письма, вёл переговоры с представителями обеих властей, выпускал документы. Последним аргументом стал приказ типографии напечатать на немецком языке, на нём говорило большинство населения, все приключения — правдивые и выдуманные — Влада Дракулы, великого тирана. Именно тогда началась «реклама», продолжающаяся до наших дней.