– Пустяки. Я почти ничего не делал.

– Ага, ничего не делал... Только я слышал, как вы всё утро спорили, разрешить мне ехать или нет. И дед был категорически против. Его, оказывается, не взять даже шантажом.

– Ещё бы, – ответил, слегка засмущавшись, Клясов. – Костя очень требовательный тренер, но когда есть вероятность того, что его воспитанник потеряет здоровье или загонит себя в больницу, Костя сделает всё, чтобы остановить такого спортсмена. И что о нём потом будут говорить и думать – его не сильно взволнует. В общем, постарайся проехать сегодня так, чтобы Косте не пришлось за тебя переживать.

– Ишь какой деда, оказывается, у нас заботливый, – проворчал Артём и, запрыгнув на велосипед, начал медленно набирать скорость. – Кстати, мне кто-нибудь наконец объяснит, что это такое? – Артём ткнул большим пальцем себе за плечо, указывая на приклеенный на спине номер. – Почему у всех номер нарисован на белом фоне, а мой на красном? С чего бы это меня так отметили?

– Разве ты не знаешь? – удивился Клясов. – Красный номер, если включают такую номинацию, выдаётся самому агрессивному участнику гонки.

Артём почувствовал, как краснеют уши.

– Самому агрессивному? Но я ни в чём не виноват, я вчера не хотел никого толкать, поэтому свалил из пелотона в отрыв. А то, что я сначала немного поругался с каким-то немцем... ну, это не моя вина, он первый начал обзываться и показывать мне факи.

Хохотнув, Клясов сказал:

– Да не оправдывайся ты так. За твою «мастерскую» езду в пелотоне тебе бы никогда не выдали красный номер. Максимум, на что ты мог бы претендовать, так это на номинацию самого ебанутого гонщика. Но такой пока что не ввели. А красные номера дают только тем, кто больше всех старался победить на этапе. Ты его честно заслужил своим участием в отрыве и одиночной атакой на финиш и можешь им гордиться.

– Вот даже как, – протянул Артём. – Прикольно. Но лучше бы мне выдали медальку...

Обещание Вадима исполнились, и через двадцать километров пути Артём как следует проветрился и отошёл от последствий вчерашних возлияний, однако чувство тяжести и дискомфорта в животе никуда не ушло. Из-за неперебродивших остатков вина его слегка мутило, сильно и не по делу скакал пульс, и перспективы добраться до финиша месте с пелотоном становились всё туманней и туманней.

Нужно было срочно избавиться от лишнего груза в животе и способ был всего один.

Артём вытащил из кармана на спине полный бачок воды, открыл крышку и начал жадно, давясь, глотать воду...

– Да что за кретин мне достался! – громко возмущался оператор в адрес водителя мотоцикла, проезжающего мимо каравана техничек, следовавших за пелотоном. – Вчера забыл заправиться, сегодня неправильно забодяжил масло с бензином... А завтра что, забудешь про меня и уедешь на этап в одиночку, без оператора?!

– Придурок, к твоему сведению, я тоже от тебя не в восторге! – крикнул водитель. – Ты вчера раз двадцать чуть не завалил мотоцикл!

– Снимать гонку и добывать эффектные кадры – моя работа! И я выполняю её на отлично! А твоя работа – возить меня и следить за своим мотоциклом! И всего за полтора дня ты успел облажаться целых два раза!

– Да ты уже затрахал обвинять во всём меня! Не я размешивал масло с бензином, поэтому заткнись! Или будешь догонять велосипедистов бегом!

– Чего?! Не забывай, в нашей паре старший – я! Если я скажу, ты сегодня же вылетишь с гонки и больше никогда не сможешь... – Увидев, как один из гонщиков впереди, в жёлто-чёрной форме, сбросил скорость, отстал от пелотона и съехал на обочину, оператор мгновенно забыл все свои претензии к водителю и скомандовал: – Эй ты, притормози рядом с ним! – Нажав на кнопку на перчатке и включив встроенную в шлем рацию, он сказал: – Прокол у красного номера, картинку на мою камеру!

– Переключил, – отозвался в наушниках голос режиссёра трансляции.

Пока мотоцикл подъезжал к остановившемуся на обочине Артёму, оператор понял, что поспешил с выводами, ибо гонщик отчего-то не махал руками, призывая на помощь свою техничку, а просто стоял и, запрокинув голову, глотал воду. Однако проблемы одного из героев вчерашнего этапа не должны были остаться за кадром, и оператор ни на секунду не посмел отвести от него объектив своей камеры.

– Какого ты остановился у него за спиной?! – прикрикнул он на водителя и, соскочив с мотоцикла, побежал поближе к Артёму, дабы запечатлеть его лицо.