По возвращении с Лорны я вёл себя тише воды и ниже травы. Рапорт написал как можно более нейтральный, и даже не стал высказывать никаких предположений по поводу случившегося инцидента. В последующие пару недель я в напряжении ожидал разгромной реакции со стороны Герана или Виктора. Мне казалось, что этот случай обязательно наведёт их на соответствующие размышления, и, в конце концов, наступит разоблачение. Когда же Виктор вызвал меня к себе вне привычного распорядка, я решил, что момент настал. Я уже начал обдумывать, как поступить и не пора ли покинуть Рэдон, сбежав куда-нибудь подальше, скажем, на Фелисс. Встретившись с Виктором я особо тщательно поработал над своими щитами, чтобы скрыть сумятицу в душе и сохранить видимость полного спокойствия.

– В последнее время мне часто приходится слышать разные мнения о твоих рапортах и о тебе в частности. Сейчас я бы хотел в некотором роде просуммировать их, – медленно начал он.

У меня в горле застрял комок.

Просуммировать! Значит, он всё же проанализировал всю динамику пересечений с Дрэмором и пришёл к каким-то выводам! Сейчас последуют обвинения!

Я чуть не потерял остатки самообладания, и приготовился начать отпираться.

Виктор тем временем продолжал, глядя куда-то в сторону от меня:

– Как ты знаешь, в этом месяце исполнится ровно год с того момента, как ты перебрался на Рэдон. Должен сказать, он выдался нелёгким.

Я всё ещё сидел, напрягшись, готовый принять удар, но в какой-то момент стал терять нить разговора. Странное предисловие он выбрал для своих обвинений.

– … сложность задач тоже возрастала быстрее обычного, – ухватил я концовку следующей фразы Виктора, – и, что примечательно, ты показал завидную способность выбираться из, казалось бы, безнадёжных ситуаций, – выждав небольшую паузу, он добавил, – В свете вышесказанного, я думаю, тебе пора повысить звание, – закончил он бесцветным голосом.

Я чуть было не вскочил с места, чтобы подбежать к нему и потребовать, чтобы он повторил сказанное.

Я не ослышался? Повысить в звании? Это и есть ожидаемое разоблачение?

Я совершенно не ожидал такого поворота событий и не знал, как реагировать. Кажется, я всё же немного потерял контроль над собой и слегка побледнел. Я некоторое время молча смотрел на него вытянувшимся лицом и хлопал глазами. Благо Виктор удостоил меня всего лишь мимолётным взглядом и не стал акцентироваться на моей реакции. Видимо этот разговор ему тоже давался с трудом.

Так и не проронив ни слова, я вышел из кабинета, механически передвигаясь на деревянных ногах. То, что я никак не прокомментировав услышанное, похоже, не сильно удивило Белвердана. Он, скорей всего, и не ожидал услышать что-либо от меня, тем более что сам он не придавал повышению большого смысла. Уверен, это была необходимая проформа, которая требовалась в текущей ситуации.

Однако я усмотрел в этом некоторую угрозу лично для себя. Это был шаг в сторону укрепления своих позиций на Рэдоне, который только усложнял мне выбор. Я знал, что рано или поздно Дрэмор добьётся своего, поэтому я стремился дождаться подходящего момента, когда моё исчезновение имело бы минимальные последствия. Я пока не знал в точности как это должно выглядеть, но мне хотелось наделать как можно меньше шума. В идеале, чтобы никто не знал, куда я исчез, или даже чтобы никто не стал задаваться этим вопросом. Вот если бы как по волшебству все на Рэдоне вдруг забыли бы о моём существовании!

На следующий день Брэнд снова напомнил мне о моей дилемме.

– Слышал, тебя повысили? – спросил он, с тонкой улыбкой на лице.

Я сдержанно кивнул ему в ответ.

– Ты не доволен?

Он сделал удивлённое лицо, но в его голосе прозвучала весёлая нотка. Вместо ответа я всего лишь горько усмехнулся.

– Придётся теперь тебе соблюдать правила, которые ты до этого всячески старался игнорировать, – насмешливо прокомментировал Брэнд.

– Ты так думаешь? – переспросил я с ехидством.

Брэнд всё ещё смотрел на меня со смесью любопытства и иронии.

– Как ни крути, а за год ты успел стать рэдонцем, – выдал он своё заключение, – Сколько бы ты не старался внушить себе обратное.

– Да, ксарда у меня действительно отросла, – решил я отшутиться.

Ксарда – хвост на затылке, который я начал удлинять с первых дней моего пребывания на Рэдоне. Она уже достигала середины спины, и представляла собой туго заплетённую косу, толщиной с большой палец, которая обычно всегда пряталась под одеждой. Догадаться о её существовании посторонним не представлялось возможным. Это было одной из причуд рэдонцев – своего рода отличительной чертой, являющейся обязательным атрибутом. Ксарду нужно было отращивать до талии, и только после этого можно было начать её подстригать. Поначалу, она меня сильно раздражала и даже злила, но со временем я настолько привык к ней, что даже перестал её замечать.

– Я говорил не о внешней стороне, – смеясь, отмахнулся Брэнд.

– Зря стараешься, – съязвил я, – Всё равно не убедишь, что на Фелиссе мне не место.

Он на мгновение замер, а потом недоумённо покачал головой, не веря, что я до сих пор не забыл о своей дурацкой идее.

– Что он сделал? – с перекосившимся лицом переспросил Виктор.

– Он улетел на Кереф, вместе с эбрунским спецотрядом внутренних войск, – ответил Фоссер.

– Как это случилось? – спросил Виктор в недоумении.