– Не продолжай, - сказал Джордж.
– Я понял.

– И потом, его подагра...

– Я знаю, знаю. Очень тяжелый вечер для тебя, Роджерс, да и для нас обоих. Но мне хотелось бы увидеть себя в замке Роулэнд - это цель моей исторической поездки, - когда я там буду выступать с речью. Просмотр почты и утренней прессы не отнимет у меня много времени, как раз пока будет готовиться фрикасе из телятины. А теперь - в Ватерлоо!
– как сказал Веллингтон накануне исторического сражения.

Вокзал Ватерлоо в этот день предстал перед Джорджем не в самом лучшем виде. Поезд, который должен был доставить его до места назначения, мистер Роулэнд разыскал не сразу. Этот поезд ничем не отличался от других; в нем, казалось, почти не было пассажиров. У мистера Роулэнда было купе в вагоне первого класса как раз в самом начале состава. Туман, опустившийся на столицу, то рассеивался, то опять появлялся. Платформа была пуста, и тишину нарушали только приступы астматического кашля паровоза.

Но тут события начали развиваться с потрясающей быстротой.

Первой появилась девушка. Она рывком открыла дверь, влетела в купе, разбудив уже задремавшего было мистера Роулэнда, и воскликнула: "О! Спрячьте меня, пожалуйста, спрячьте!"

Джордж был человеком действия, ему некогда было размышлять, почему и зачем он должен это делать. В железнодорожном купе есть только одно место, где можно спрятаться, - под сиденьем. В считанные секунды девушка забралась туда, а сверху на сиденье Джордж поставил свой саквояж.

Но в этот момент в окне купе появилось лицо мужчины, искаженное яростью.

– Моя племянница! Она здесь. Где моя племянница?

Джордж, почти не дыша, полулежал в углу, углубившись в спортивную колонку вечерней газеты. Он отложил ее с видом человека, которого отвлекли от важных дел.

– В чем дело, сэр?
– вежливо спросил он.

– Моя племянница! Что вы с ней сделали?

Рассудив, что лучший способ защиты - нападение, Джордж начал действовать.

– Какого черта?!
– закричал он, подражая голосу собственного дядюшки.

Незнакомец замолчал, не ожидая такого яростного отпора, что позволило Джорджу разглядеть его. Он был тучен и тяжело дышал, как будто некоторое время ему пришлось бежать. Он был подстрижен en brosse [En brosse кисточками (фр.). Прическа, в которой выделяется каждая отдельная прядь волос] и носил усы убежденного приверженца Гогенцоллернов [Усы, которые носили германские кайзеры из династии Гогенцоллернов, закручивались наверх]. Он говорил с акцентом, а его осанка свидетельствовала о том, что он гораздо лучше чувствует себя в мундире, нежели без него. Джордж как истинный британец относился с известным предубеждением ко всем иностранцам, а в особенности к немцам.

– Какого черта, сэр?
– зло повторил он.

– Она зашла сюда, - ответил иностранец.
– Я ее видел. Что вы с ней сделали?

Джордж отложил газету и высунулся из окна.

– В чем дело?
– прорычал он.
– Это шантаж. Но со мной эти штучки не пройдут! Я все прочел о вас в "Дейли морнинг". Кондуктор, сюда! Сюда!

Железнодорожный служащий, заметивший перебранку, уже спешил к ним.

– Сюда, кондуктор, - произнес мистер Роулэнд высокомерным тоном, перед которым так преклоняются низшие классы.
– Этот субъект докучает мне. Он пытался меня шантажировать. Он заявил, будто я спрятал тут его племянницу. Здесь полно всяких иностранцев, которые занимаются подобными штучками. Это надо наконец прекратить. Уведите его отсюда. Вот моя визитная карточка, она может вам понадобиться.

Кондуктор переводил взгляд с одного на другого. Решение было принято быстро. Опыт научил его презирать иностранцев и уважать хорошо одетых джентльменов, путешествующих первым классом.

Он положил руку на плечо навязчивого субъекта.

– А ну-ка, - сказал он, - пошли отсюда.

В этот критический момент иностранец забыл английский и разразился яростными ругательствами на своем родном языке.

– Ну хватит, - заявил кондуктор.
– Ну-ка отойдите подальше отсюда. Ее тут нет.

Раздался свисток. Поезд медленно отошел от перрона.

Джордж оставался у окна до тех пор, пока был еще виден с платформы. Затем он обернулся, взял свой саквояж и забросил его на полку.

– Все в порядке. Можете вылезать, - сказал он успокоительно.

Девушка выбралась наружу.

– О боже, - вздохнула она.
– Как мне благодарить вас?!

– Не стоит. Мне это доставило удовольствие, уверяю вас, - с легкостью сказал Джордж.

Он ободряюще улыбнулся ей. Взгляд ее стал озадаченным. Казалось, она ищет что-то. В это мгновение она увидела свое отражение в узком зеркале напротив и издала глубокий вздох.

Было бы ошибкой думать, что служащие подметали под сиденьями каждый день. Все говорило против этого, но, может быть, частицы пыли и дыма сами находили свой путь, подобно птице, летящей в родное гнездо. У Джорджа не было времени как следует рассмотреть девушку, так внезапно было ее появление и так стремительно она укрылась в своем убежище, но он успел заметить, что она молода, красива и хорошо одета. Теперь же ее красная шляпка помялась, а лицо было перепачкано пылью.

– О!
– только и произнесла девушка.