– И при этом не упустить её ставшую знаменитой дочку. Ведь это так естественно у мужчин...

– Хм, кажется, я должен попросить прощения за свой пол?

– Перестань, Крис... Мы же договорились не вспоминать рождественскую ночь... Эшли ходил вокруг да около, все намекая и приглашая куда-то. А однажды, когда я проводила уик-энд в Сакраменто, навестил нас. Голди не было дома. Возможно, он заранее убедился в этом. Я загорала у бассейна. И вдруг добрый дядюшка Эшли засопел и распустил руки... Вернувшаяся раньше времени Голди увидела нас. Я пыталась что-то объяснить, но Эшли закричал, что я развратна, что спала с Джеком и теперь хочу "закрепить" свои отношения с ним, обеспечивая свою карьеру.

Голди не сделал выбора - она отказалась и от меня. и от него. Теперь мы разыгрываем родственные чувства на расстоянии... Эй, мистер Флавин! Вы жалеете, что спровоцировали эту исповедь?

Крис стоял у поручней спиной к Вите. Теперь он понял, что толкнуло её на близость с ним. Разумеется, Хью рассказал ей о бескорыстной помощи Флавина, примчавшегося в Москву, и бедняжка решила расплатиться. Ведь именно так вели себя все мужчины в её жизни.

– Я жалею, что в твоей жизни было так много подлецов. Интересно, какими добрыми делами провинился Рисконти? Что он сделал, чтобы купить невесту.

– Ты... Ты очень жесток, Крис.
– Голос Виты задрожал. Скрипнул отодвинутый шезлонг, - она рванулась, чтобы убежать в кубрик. Но крис перехватил и крепко сжал её локоть, глядя в запрокинутое лицо.

– Хорошо, я скажу правду. Не знаю, почему ты снизошла ко мне, но за эту единственную ночь я буду благодарен судьбе до конца своих дней. И всю эту жизнь буду считать себя твоим должником. Ни с одной женщиной я не был так счастлив...
– Флавин отпустил Виту, она стояла перед ним, склонив голову, на отвороты куртки падали частые слезы.

Усилием воли Крис сдерживал желание целовать её губы, волосы, глаза. Прижать к себе и говорить о любви, пока она не почувствует то же самое они - две половинки единого целого, созданные друг для друга... Но он стоял, словно окаменев, и ему казалось, что так будет всегда.

– Кристос...
– чуть слышно прошептала Вита.
– Там, в приюте, это я, а не Николь молила Боженьку о крепких руках дорогого человека, сумеющего защитить меня... Я чувствую это, когда ты обнимаешь меня, вот так...
– Она прижалась к его груди.

– Ну вот, у папаши Хью появился соперник. Я полон почти отеческой нежности.
– Крис гладил её волосы и слегка похлопывал ладонью по спине, будто укачивал ребенка.
– Не так уж плохо, кстати. И вполне естественно. Как выяснилось, я старше тебя на целых пятнадцать лет...

Потом Крис пригласил Виту встретить Новый год в доме его матери. Вита согласно кивнула.

– Отличное решение. Ты прав, - было бы хорошо оставить все боли уходящему году.

– Если бы мы могли сделать это, если б смогли!

... Вита не хотела огорчать Кэтлин. Странная женщина утверждает, что купила наряд для неё двадцать лет назад, когда Вита была ещё крошкой. Ведь точной даты рождения и имени сироты установить не удвлось. Даже тетя Эстер не знала, когда и от кого произвела на свет дитя её погибшая сестра Лиз...

Рассказав о себе Флавину, Вита освободилась от лжи, стоявшей между ними. Крис все понял и пожалел. Замечательный Крис - отец, брат, друг.

"Да он же любит меня, любит, как ответственный зрелый мужчина, который сделал свой выбор, отыскав Единственную!" - поняла Вита.
– "Об этом думает и Кэтлин, неспроста назвавшая едва знакомую девушку его невестой".

Вита задумалась, сидя перед зеркалом и перебирая в памяти историю своей дружбы с Флавином. Нет, это не было обычной дружбой, рожденной взаимным восхищением и уважением. Крис всегда мечтал о ней.

– Можно мне войти?
– В комнату заглянула Кэтлин и укоризненно покачала головой.
– Размышления в канун Нового года бывают прекрасны, как ребенок, родившийся у влюбленной пары. Но тебе не понравился мой подарок, девочка? Смотри, уже одиннадцать часов, - мы должны сесть за стол. А ты ещё не одета.

– Кристос вернулся?

– Нет. Это очень странно. Он никогда не теряется во времени.
– Кэтлин улыбнулась, скрывая беспокойство.
– Думаю, у него немало врагов.

– О чем вы, Кэтлин?

– Одевайся скорее, милая, и спускайся в столовую. Мне ещё надо кое-что сделать.

Длинное платье в широких, падающих от плечей фалдах оказалось как раз впору. Вита закрепила пряжку, надела браслеты и сандалии, набросила легкое, расшитое золотыми блестками покрывало и возложила на лоб широкий обруч с множеством крошечных свисающих бубенцов. Потом достала из сумочки коробку с парфюмерией и густо подвела глаза. Поднялась и сделала несколько плавных движений руками, и только тут поняла, что снизу доносятся звуки сиртаки. Мелодия только начинала свой завораживающий, раскачивающийся ритм.