Шрифт:
– Кто его убил?
– Снайпер.
Мелдран придвигается ближе.
– Тот самый снайпер, который пытался убить тебя?
– Я просто попался под руку.
Кэмпбелл до сих пор не проронил ни слова, но я знаю, что он с трудом сохраняет самообладание.
– Кирстен Фицрой жила в Долфин-мэншн, когда Микки пропала. Она была лучшей подругой Рэйчел Карлайл. Я видел, как ее ранили на «Шармэйн». Она была ранена в живот и упала за борт. Не знаю, выжила она или нет.
– Ее квартира была ограблена, – говорит Мелдран.
– Не ограблена. Это был обыск. Я думаю, Алексей Кузнец ищет Кирстен. Он хочет наказать людей, потребовавших выкуп. Я думаю, это те же люди, что похитили его дочь три года назад.
Кэмпбелл тихо огрызается:
– Говард Уэйвелл убил Микки Карлайл.
– Даже если вы в это верите, следует признать, что кто-то другой должен был послать требование о выкупе. Они предъявили волосы Микки и ее купальник.
– Но это не доказывает, что она жива.
– Нет. Но Рэй Мерфи мертв, а Кирстен в опасности. Алексей Кузнец никогда никому не позволил бы украсть у него два миллиона. Он устроил расправу на лодке. А теперь он ищет Кирстен и Джерри Брандта – чтобы закончить работу.
Я решил не упоминать о сэре Дугласе Карлайле. Кэмпбелл и так на пределе. Мой единственный шанс заставить его возобновить расследование – оставить его в убеждении, что требование выкупа – фальшивка. Я пока не могу доказать обратного.
– А какое отношение имеет к этому Джерри Брандт?
– Он был на «Шармэйн». Я видел, как он упал за борт.
Я жду. Не знаю, достаточно ли этих фактов для Кэмпбелла.
Но он уже напялил на себя маску хозяина положения.
– Итак, могу я высказаться прямо? Ты поведал нам о похищении, убийстве из мести и требовании выкупа. А я еще добавлю до кучи: пренебрежение служебными обязанностями, причинение ущерба здоровью напарницы, сокрытие информации и неподчинение приказам…
Меня охватывает тревога. Он не понимает. Он ничего не видит, кроме скандала вокруг Говарда Уэйвелла.
– Мы должны найти Кирстен раньше, чем это сделает Алексей. Если она выжила, то ей потребуется медицинская помощь. Надо обыскать местные больницы и попросить врачей просмотреть записи. Надо проверить ее банковский счет, счета за телефон, выяснить, не покупала ли она билеты. Нам надо знать о ее последних передвижениях, возможных знакомствах и местах, где она могла укрыться.
Кэмпбелл смотрит на меня испепеляющим взглядом.
– Ты слишком часто говоришь «нам». По-видимому, ты не понимаешь, что больше не являешься сотрудником полиции.
От злости у меня темнеет в глазах. Джо пытается смягчить ситуацию:
– Мне кажется, джентльмены, что все мы ищем истину. Инспектор Мелдран расследует стрельбу на реке. Инспектор Руиз – свидетель. Он предлагает дать показания. Он не будет вмешиваться в расследование.
Мелдран кивает. Он удовлетворен. Кэмпбелл тычет в меня пальцем:
– Я хочу, чтобы ты кое-что знал, Руиз. Мне и так известна истина.
– Не сомневаюсь в этом, – говорю я.
Кэмпбелл торжествующе улыбается.
– Ты прав относительно Алексея Кузнеца. Он не тот человек, который позволит украсть у себя два миллиона. Он утверждает, что бриллианты украл ты, и подал соответствующее официальное заявление. Мы добиваемся ордера на твой арест. На твоем месте я бы поискал адвоката.
Я почти бегу, задыхаясь от ярости. Джо старается не отставать, следуя за мной по коридору и проталкиваясь в стеклянные двери.
На тротуаре, словно холодный ветер, меня настигает голос:
– Это вы его застрелили?
Тони Мерфи задает вопрос всем своим телом.
– Вы когда-нибудь видели такое тело… по кусочкам? Мне пришлось пойти в морг на опознание. Он распух и побелел, как растопленная свечка. Полицейские говорят, что его застрелили. У них есть свидетель. Это вы?
– Да.
Он кусает губы.
– И вы его застрелили?
– Нет.
– А вы знаете, кто это сделал?
– Я не знаю, кто нажимал на курок, но видел, как твой отец упал. Я не мог ему помочь.
Он судорожно глотает.
– Теперь я должен заботиться о маме и Стиви. Паб – вот все, что у нас осталось.
– Сожалею.
Он хотел бы что-то сделать, но может лишь стоять на месте. Он пленник собственного несчастья.
– Иди домой, Тони. Я все улажу.
29
Джо ждет, когда я что-нибудь скажу. Его темно-карие глаза смотрят на меня со смутной грустью и уверенностью, что он не может мне помочь. Я же продолжаю думать о том, какие меры следовало принять. Кэмпбелл обязан был собрать оперативную группу. Два десятка следователей уже должны были бы искать Кирстен и Джерри Брандта. Необходимо было установить наблюдение за Алексеем и обыскать его лодку.