— Да, ты мне говорил, где Снибли-Крик. Насколько я помню, и Генри Чадвику это известно.

— Да, он знает.

Роберт пересек комнату, чтобы налить себе еще вина. Джек отрицательно покачал головой в ответ на молчаливое приглашение Роберта присоединиться к нему.

— Но послушай, если ты нашел уютный заливчик, то и всякий другой мог это сделать с таким же успехом.

— Да, тут ты прав, мог.

«Только они нас там „ждали“, — подумал Джек про себя. Но он не стал произносить это вслух. Он и так переживал, что сказал слишком много. Он не то чтобы верил, что его дядя может предать его, но просто в душе не мог найти ответа на закономерный вопрос: „А кто же тогда это сделал?“

— Ну ладно, мне нужно идти.

— Ты приглашаешь меня на свадьбу или нет?

— Да, — Джек замялся, пытаясь прогнать назойливые мрачные мысли. Господи, это же его родная кровь! — Я за этим и приходил.

Миранду никогда еще столько не толкали и не вертели, как в этот день. Ей хотелось только одного: чтобы ее оставили в покое и она могла бы посвятить себя своим занятиям — или микроскопу, или чтению, или рисованию. Вместо этого две служанки делали ей тугую замысловатую прическу. Несколько локонов оставили спереди, так что они спускались как челка, а все остальные пряди зачесали наверх и украсили таким количеством кружев и лент, что Миранда даже стала выше ростом.

Ее корсет был зашнурован чрезвычайно туго. Платье было из тончайшего ярко-красного шелка и спереди украшено бантиками цвета слоновой кости. Кроме того, сзади на платье был шлейф, и Миранда не сомневалась, что из-за него она споткнется и упадет в самый неподходящий момент.

— Ее светлость выглядит восхитительно, — произнесла служанка миссис Депли — Молли, которую Генри «позаимствовал» у нее на время свадьбы.

— И в самом деле, - подтвердил Чадвик, заглядывая в комнату с порога. — Можно войти?

— Конечно, папа, — Миранда повернулась к своим мучительницам. — Вы закончили? — спросила она со страхом, в душе надеясь на то, что ее испытаниям пришел конец и в то же время опасаясь новой пытки.

Девушки кивнули одновременно и, сделав реверанс, вышли.

— Джек пришел. Он ждет внизу.

— Да?

Ее отец был с самого начала уверен, что пират не нарушит слова, но девушка ожидала этого. Может быть, какая-то часть ее души и протестовала против того, чтобы он так явно ее отверг, но все-таки она предпочитала неудавшуюся свадьбу насильному браку.

Вздохнув, она решила попробовать предпринять последнюю попытку избегнуть того, что должно было неминуемо произойти. Даже призвав на помощь логику и свои способности к рациональным умозаключениям, она не могла ничего придумать. Может, если она и капитан пиратов объединят свои усилия, то что-нибудь получится.

— Как ты полагаешь, могу я здесь поговорить с капитаном Блэкстоуном?

— В твоей комнате? — Генри был обескуражен такой просьбой. Он даже не мог предположить, что ей придет это в голову.

— На самом деле это не обязательно должно произойти именно в моей комнате, но, папа, что может случиться? Меня так запеленали этими тряпками, что я едва двигаюсь, — Миранда заметила, что щеки отца побагровели, и стала говорить еще мягче: — Мне надо с ним поговорить наедине.

Отец был недоволен и даже опечален, но ушел и через минуту вернулся с капитаном. Разумеется, сейчас он был совершенно не похож на пирата. Высокий и красивый, он вошел в комнату в костюме, сшитом по последней моде, который подчеркивал его стройную фигуру. Золотые волосы были аккуратно причесаны. Сердце девушки учащенно забилось. Он вошел в комнату, закрыв за собой дверь. Генри только успел что-то пробормотать о том, что будет поблизости.

— Ты хотела меня видеть?

—Да.

Теперь, когда он был так близко, в одной с ней комнате, мужество покинуло ее. Думать было куда проще, когда его не было рядом. Она понимала теперь, что ошиблась. Он по-прежнему походил на пирата, хотя и был блестяще одет и чисто выбрит. Весь шелк Китая не мог скрыть необузданность его диких страстей.

Миранда поспешила отойти подальше от него, к камину. Когда она обернулась, то увидела, что капитан Блэкстоун следит за ней глазами, и узнала этот голодный блеск. Может, папа был прав, не желая встречи с глазу на глаз, так как ею владело только одно желание: освободиться от дурацкой одежды и прильнуть к нему, кем бы он ни был — пиратом или кем-то другим.

Она взяла себя в руки и заявила достаточно твердо:

— Мы должны найти какой-нибудь выход и повлиять на отца, чтобы он отменил эту свадьбу.

— Почему?

«Почему?» Что же он имеет в виду? Это она всегда задавала вопросы.

— Потому что мы оба этого не хотим, — сказала Миранда, удивившись, что нужно вслух повторять то, что и так очевидно.

— Может быть, — согласился Джек. Однако сам себе он вынужден был признаться, что сейчас, глядя на нее, уже невозможно понять, что, собственно, он имеет против этого брака.