«Никки, Кэлен - это не вариант. Бессмысленно выбирать между тобой и Кэлен; она уже не может быть рядом с ним. Огненная цепь забрала эту женщину. Сейчас только ты можешь выполнить это предназначение. Ты должна выйти замуж за Ричарда и стать такой женщиной для него».

«Выйти замуж!
– Никки коротко, горько рассмеялась, покачав головой.
– Ричард не любит меня. С какой стати ему на мне жениться?»

«Ты что - ничему не научилась во Дворце Пророков?
– Энн нетерпеливо цокала языком.
– Как ты вообще стала сестрой?»

Никки всплеснула руками. «О чем ты говоришь?»

«У мужчин есть потребности, - Энн потрясла пальцем перед Никки.
– Обрати на них свой женский талант - красоту, дарованную тебе Создателем - и он захочет большего. Он женится на тебе, чтобы это заполучить».

Никки захотелось отхлестать эту женщину. Однако вместо этого она произнесла: «Ричард не такой. Он понимает, что только любовь придает смысл страсти мужчины и женщины».

«Ну, в конце концов он то и получит. Ты просто поможешь ему придать смысла этой страсти. Мужское сердце следует его потребностям. Неужели ты настолько старомодна, чтобы полагать, что все женятся исключительно по любви? Мудрость старших зачастую является залогом лучшего выбора. Поскольку Кэлен нет, мы должны это сделать.

Твое дело - затащить его в постель и показать ему, что ты можешь сделать для него, чего ему не хватает, что ему нужно. Ответь на его страсть, завоюй его сердце, и в конце концов эта страсть обретет значение».

Никки почти ощущала, как заливается краской. Она поверить не могла, что они говорят об этом. Отчаянно нужно было сменить тему, но она словно потеряла дар речи.

Никки знала, что облечена дружбой и доверием Ричарда. Сделать так, как предлагала Энн, значило разрушить эту дружбу и обмануть это доверие. Ричард был уверен в ее дружбе. Искренность и надежность дружбы Никки в некотором роде сделали ее достойной его любви, но поступок, на котором настаивала Энн, разрушил бы доверие его дружбы и тем самым лишил ее каких бы то ни было шансов заслужить эту любовь.

«Ты не должна упустить эту возможность, детка - мы не должны».

Никки схватила Энн за руку и одернула ее. «Мы?»

Энн кивнула. «Ты - звено, соединяющее нас с Ричардом».

Никки сузила глаза. «Что за звено?»

Лицо Энн напряглось, все больше походя на лицо аббатисы, какой ее помнила Никки. «Звено, необходимое тем из нас, кто обучает юных волшебников, для единения с такими мужчинами».

«Ричард - наш лидер - не по рождению, но в силу своих способностей и собственной силы воли в состоянии понимать это. Он, быть может, и не собирался становиться Лордом Ралом, не собирался вести нас в этой войне, но он дорос до этой роли. Он решил, что жизнь для него достаточно ценна, чтобы сражаться за свое право жить так, как он считает нужным. Его пример вдохновил его единомышленников. И все лишь потому, что мы этого добились».

«Он не мальчик из Дворца Пророков с Рада-Хань на шее. Он самостоятельный мужчина».

«Да неужели? Отступи на шаг, дитя, и посмотри на это шире. Да, Ричард - наш лидер, и я вполне искренне говорю это, но в то же время он человек, наделенный даром, и ничего о нем не знающий. Более того, он наделен обеими сторонами дара. В нем заключены гром и молния. И в чем же состоит назначение сестры Света, как не в том, чтобы научить таких людей контролировать свои способности и…»

«Я не сестра Света».

Энн отмахнулась рукой. «Семантика. Игра слов. Отрицая, этого не изменишь».

«Я не…»

«Нет, именно ты, - Энн ткнула пальцем в грудь Никки.
– На самом деле ты. Именно ты, неважно каким путем, приняла жизнь. Это зов Создателя. Называй себя как тебе угодно, сестра ли Света или просто Никки. Это неважно и не меняет сути вещей. Ты сражаешься за наше дело - дело жизни самого Создателя. Ты сестра, волшебница, которая может наставить человека в том, что ему надлежит делать».

«Я не шлюха - ни для тебя, ни для кого другого».

Энн округлила глаза. «Я что - прошу тебя лечь в постель с нелюбимым человеком? Нет. Прошу тебя обманывать его или что еще? Нет. Я просто прошу тебя отправиться к мужчине, которого ты любишь, подарить ему свою любовь и стать женщиной, в которой он отчаянно нуждается, женщиной, способной быть любимой им. Именно это ему и нужно - женщина, которая станет звеном его жажды любви. Недостающим завершающим звеном его человечности».

Никки пристально посмотрела на нее. «Надзирателем Дворца Пророков, вот чем ты на самом деле просишь меня стать».

Энн воздела очи, бормоча мольбу придать ей сил. «Дитя, - произнесла она, наконец вернувшись к Никки.
– Я всего лишь прошу тебя больше не тратить попусту свою жизнь. Ты не вполне понимаешь, что не видишь всей картины. Ты можешь считать, что это вопрос любви, но ты вообще не знаешь, что такое любовь, или я неправа? Ты знаешь лишь ее исток: желание.

Обстоятельства, вероятно, далеки от идеальных, но Создатель даровал тебе эту возможность, этот шанс познать величайшую радость человеческой жизни - любовь. Абсолютную любовь. Сейчас твоя любовь безответна, неполна, несовершенна. Это просто томительное желание и воображаемое блаженство. Ты не узнаешь, что такое любовь, до тех пор, пока чувства, скрытые в твоей душе, не будут взаимны и раскрепощены. Только такую любовь можно назвать настоящей, полноценной. Только тогда твое сердце воспарит. Ты еще не познала радости этой величайшей из человеческих эмоций».