Энн кивнула.
– Она пытается подстраховаться, что когда Орден загробастает всё в свои лапы, она окажется в доле. Она стремится к возможности массового уничтожения всего хорошего. Возможно, она стремится наделить себя властью, но мне думается, что её реальная страсть - отхватить свой кусок при разрушении ценностей и порядка.

–  И все же есть одна вещь, которая не вяжется во всём этом.
– Никки встряхнула головой, устремив свой взгляд вниз длинного перехода.
– Сёстры Тьмы вряд ли захотят связываться с ведьмой. Они боятся её.

–  Но ещё больше, они боятся Владетеля. Они должны заполучить шкатулку, если хотят высвободить Оден. Не забывай, теперь, когда они пустили в игру шкатулки, они поплатятся своими жизнями, если не откроют правильную шкатулку. Им ничего не остаётся, как вступить в сделку с Сикс.

–  Полагаю, что так, - заключила Никки.

Казалось, что чего-то не хватает, только вот чего, она не могла вообразить. Было похоже, что здесь кроется ещё что-то, связанное с этим.

Глава 19

Они двинулись; рука Никки соскользнула с перил и безвольно упала по боку. Полы, стены, потолок длинной тихой галереи были полностью отделаны полированными плитами из белого мрамора. Мягкие завитки серых и золотистых прожилок извивались в мраморе, придавая всему каменному коридору дымчатый вид.

Факелы в железных скобах, равномерно распределенные по всей длине стен, освещали коридор мерцающим светом. В затхлом воздухе витал тяжелый запах смолы с примесью едкого дыма. Тут и там вдоль галереи отходили смежные коридоры, ведущие к гробницам.

«Мы живем в жуткое время, - сказала Энн; звук ее шагов по каменным плитам отдавался гулким эхом.
– Мы подошли к самому опасному месту в пророчестве, какие мне известны. Здесь нас может ждать конец всего».

Никки взглянула на старую аббатису. «Поэтому я и должна помочь Зедду и затем найти Ричарда. В то же время нужно остановить Сикс прежде, чем она сосредоточит в своих руках все три шкатулки. Она уже показала мне, насколько она опасна, но если мы ее найдем, Зедд сможет помочь мне справиться с ведьмой.

Думаю, для меня важнее заняться сестрами Улицией и Эрминией. У них две оставшиеся шкатулки. Если они соберут все три шкатулки Одена, сомневаюсь, что сестры Тьмы намерены предоставить Ричарду шанс открыть одну из них до первого дня следующей зимы. Несомненно, они сами попробуют открыть их, как только заполучат все три. У меня тяжелое предчувствие, что времени у нас в обрез».

«Я тоже так думаю, - кивнула Энн, проходя под шипящим факелом.
– Поэтому так важно, чтобы ты была там с Ричардом, необходимо, чтобы ты ему помогла».

«Я и собираюсь помочь ему».

Энн пристально посмотрела на Никки. «Мужчине нужна женщина, чтобы укрепить его в выборе, особенно когда такой выбор может отразиться на самом течении жизни».

Никки наблюдала за тем, как их тени описывают круг по мере того, как они проходили мимо очередного факела. «Не уверена, что понимаю, о чем ты».

«Только любящая женщина, которая находится рядом, которой он безрассудно доверяет, способна оказать положительное влияние».

«Я люблю его и буду рядом с ним».

«От тебя потребуется больше, чем просто быть рядом с ним, Никки, чтобы обладать необходимым влиянием».

Никки глянула на нее краем глаза. «И ты полагаешь, что такое влияние действительно необходимо?»

«Дитя нуждается в суровости отца не меньше, чем в ласке матери, - она плотно сжала большой и указательный пальцы.
– Мужское и женское начало сообща формируют нас, определяют, ведут нас. И тут все так же. Мужчине нужно женское начало в его жизни, чтобы вести рост человечества в верном направлении.

Могущественный полководец без женщины может побеждать в сражениях и выигрывать войны. Джегань может сокрушить все на своем пути, но ничего более - ничего стоящего, это уж точно.

В нашем случае, на нашей стороне, все иначе. Нам нужно не просто выиграть эту войну, но и построить будущее, на которое мы надеемся в результате. Ричарду нужен не просто кто-то, кто будет любить его, но и кого сможет любить он сам. Он не может жить одним лишь мечом. Ему нужно куда-то вкладывать свои собственные чувства. Ему нужно любить и быть любимым».

Меньше всего Никки хотелось снова вступать в споры по этому поводу. «Я не та женщина, о которой ты говоришь».

«Но ты можешь ей стать», - мягко, но настойчиво повторила Энн.

«Я убеждена, что женщина, достойная любви Ричарда - это Кэлен. Не я. Я совершала страшные, необратимые вещи. Я прошла темным путем. Все, что в моих силах - сражаться, чтобы остановить идеи зла, на стороне которых я когда-то выступала. Только когда я смогу это сделать, я заслужу прощение в собственном сердце. Но заслужить любовь Ричарда я не смогу никогда. Кэлен - вот та женщина. Она, а не я».