Джокер опустил плащ.

— Хорошо, начнем, — сказал он, шагая к шкафу. — На какую мощность вы собираетесь выводить Раксис, Мастер?

Тот ответил, плотно обхватив ладонями рукоять меча:

— Мне понадобится максимальная мощность.

Андрей с Машей и Сашкой с интересом наблюдали, как Мастер уверенно повернул рукоять. Ничего особенного не произошло, только в колоннах что-то заржавлено скрипнуло и заколебалось. Потом стихло, но на смену этому пришел другой звук, слабый и очень противный. Как будто где-то высоко в башне кто-то медленно водил гвоздем по стеклу.

Джокер покосился на ближайшую колонну.

— А зачем вам нужна максимальная мощность?

Мастер уже оперировал большими рычагами так, что цепи одна за другой стали натягиваться, смещая вверх подвешенный на них шар. Ослепительное пятно фокуса линзы поползло к затемненному центру.

— Для надежности, — бросил Мастер отрывисто. — Чтобы гарантированно сбросить Раксис в исходное состояние. Конечно, активировать я его не буду.

Джокера, казалось, это полностью удовлетворило. И опять Мастер скользнул взглядом по двери. Сашка догадался, что тот ждет чего-то. А может, боится, что дверь закроется. Нет, это всё-таки куда больше было похоже на нетерпеливое ожидание. Жаль, что в его глазах ничего не прочитать, что сильно напоминает…

— Витя Самоходов, — вновь пробормотала Маша, и на сей раз Сашка хорошо ее разобрал.

Это была меткая аналогия — именно Витя Самоходов, никто иной. Витя был выше, но Мастер обладал той же плавной точностью движений и, главное, взглядом. Взглядом манекена. Ладно, со вздохом подумал Сашка, лишь бы в голове у него было всё в порядке.

Руки Мастера бегали по рычагам, ослепительное пятно всё глубже опускалось в толщу шара. Когда же оно достигло наконец центра, шар вспыхнул изнутри, сам превратившись в солнце. Не очень яркое, так как свет ослаблялся окаменевшим Сотерисом, но достаточное, чтобы в зале все прикрыли на секунду глаза.

В наступившей темноте последующее ощущение затяжного падения в лифте показалось совсем тошнотворным. Маша пискнула и схватилась за руку Андрея. Лилия вцепилась в Сашку, Джокер покачнулся. И только Мастер остался стоять как ни в чем не бывало. Обеими руками он уже тянул на себя маленькие рычаги.

С некоторым любопытством Джокер произнес:

— Вы же сказали, что не будете активировать Раксис? Вы уже свободны, если еще не поняли.

Сашка с Лилией обменялись ликующими взглядами. Андрей выпалил:

— Ух ты! — Он огляделся по сторонам. — Так мы что, уже всё исправили?

Джокер склонил голову, что можно было принять за кивок, и принялся разглядывать свои ногти.

— Кому это лучше знать? — отозвался Мастер.

Вперив невидящий взгляд в его спину, Маша глубоко задумалась. Сашка почуял неладное, и его возбуждение сразу испарилось. А Мастер не отрывал глаз от колонн, в которых распахнулись не понять откуда взявшиеся створки, за которыми оказались зеркала параболической формы.

Зеркала отражали падающий из шара свет узкими лучами. Точка перекрестия лучей находилась совсем близко к нижней поверхности шара, немного в стороне. Манипуляциями с рычагами Мастер быстро подводил ее к его оси. Значит, отдельно расположенный рычаг на панели шкафа должен был сместить ее потом вертикально вверх, предположил Сашка. Почему-то от этой мысли ему стало нехорошо.

Но не один Сашка считал, что происходит что-то не то. Мягко и плавно, чего было трудно от него ожидать, Андрей склонился вправо и подобрал с пола портупею с саблей. Сразу за этим Джокер раскинул руки, зажав в ладонях полы своего плаща. Едва лица ребят скрылись за теплой ворсистой поверхностью, от которой шел слабый запах опавшей листвы, Джокер сделал шаг назад. Затем еще один и еще, заставляя пятиться всех за собой, но совершенно бесшумно, словно они не шагали, а плыли над полом.

Когда они достигли стены и Джокер опустил плащ, в зале потемнело. Солнечный свет исчез. Мастер рыкнул и вскинул голову, уставясь на дыру в потолке. Рычаг в его руке затрясся, он отпустил его и обернулся. Сильнейшее раздражение на его лице сменило растерянное недоумение.

Он отрывисто спросил Джокера:

— Вы же сообщили, что небо чистое?

— Было чистое, — подтвердил тот. — Видно, тучки набежали.

Мастер бросился вон из зала. Лишь только он пересек порог, из рукава Джокера в ладонь ему скользнул Арпонис. Заметивший это Сашка подавился готовым сорваться с губ вопросом. Вместо него выпалил Андрей:

— Что тут происходит?

Швырнув на пол портупею с саблей, Андрей сердито взмахнул руками. Черные глаза его яростно пылали.

— Чего этот черт задумал? Он же собирается врубить Раксис на всю катушку, или я совсем идиот! Я уже хотел за шиворот его оттаскивать… Сашка, в конце концов, это твой отец или нет?

Сашка вздохнул — у него не было ответа на этот вопрос. Он чувствовал, что происходит что-то ненормальное, но его ли отец стоял сейчас здесь, был не в силах определить. Потому на обращенные к нему взгляды он только молча пожал плечами.

— Давайте выключим установку, пока он проверяет погоду или куда он там побежал, — сказала Маша.

Джокер устало произнес:

— И потом никому ничего не докажем, вот в чем беда. А он вернется, но уже без нас. К тому же я всё еще сомневаюсь. Нам нужно признание или действие.