Озеров и Лукин обменялись быстрыми взглядами.

– Что именно он говорил?
– с интересом спросил Озеров.

– Он ничего толком не объяснил. Сказал лишь, что наткнулся в архивах на любопытный факт. Обещал через сутки все рассказать. Но предупредил: если, мол, фактик этот имел место, он к золоту на пушечный выстрел не подойдет.

– Темнишь, ты, Рысь, что-то, - подался вперед Лукин.
– Смотри, как интересно получается: ни Горыныча, ни Немца, ни дневника. А ты тут сказки про Сталина рассказываешь...

Мухин подобрался в кресле, как дикая кошка, готовая к броску, растянул губы в хищной, не сулящей ничего хорошего, улыбке:

– Осторожней со словами, Математик. Может, мы потом и перецапались бы из-за золота. Но не до того, как найдем. Все ниточки в руках только Горыныч держал. Не с руки мне его убирать было, а уж Немца - тем более. К тому же, второй такую деятельность развил, что я не сомневаюсь: Горыныч и Немец его работа. Есть у него в "шестерках" один человечек. На даче обретается, Молохов - бывший мент.

– Молохов?!
– воскликнули в один голос Лукин и Озеров.
– Тот самый?

Мухин откинулся расслабленно на спинку кресла и молча кивнул.

– Вот как, значит, - задумчиво протянул Лукин.
– Надо же! Мы эту суку по всему Союзу искали. А он тут, рядышком, никуда и не уезжал.
– Он оглядел присутствующих, несколько секунд задержавшись на лице каждого.
– Я думаю, пора Лейтенанта в дело вводить.

– Рано, - возразил Мухин.
– Волна пойдет, нам суета сейчас ни к чему. К тому же, есть еще одна непонятка - фраерок из больницы. Вывезли его вчера, прямо из-под носа у ментов и "конторы".

– Кто?
– закашлявшись и поднося к губам платок, спросил Лукин.

– Красиво сделали, - удовлетворенно улыбнулся Мухин.
– И никаких следов.

– Совсем?

– По слухам, какие-то мужик с бабой.

– Что за фраер?

Мухин устроился поудобнее в кресле.

– Мы проверили его. Астахов Сергей Михайлович, ученый-археолог из Ашхабада. Прилетел 25 февраля. Там на него ничего нет. Взялся ниоткуда и в никуда пропал. Интересный мужик. Между прочим, тоже Черным яром интересовался. Говорят, в бреду шпарил на нескольких языках. Но с Горынычем никогда и нигде не пересекался. Это точно. В Белоярске жил на квартире. Пока его хозяйка с радикулитом маялась у дочки на квартире, мои ребята все барахло его перетрусили. Аккуратно, конечно, - добавил он поспешно.

– Кому же он мог понадобиться?
– заворочался в кресле Озеров.

Мухин только развел руками:

– Пока не знаем. Пока...

– Черным яром, говоришь, интересовался?
– задумался Озеров.
– Выходит, кто-то еще, кроме второго, про золото пронюхал. Это ж сколько народу набирается! Скоро туда вся Сибирь ломанется, - он нервно засмеялся.

– С народом как-нибудь мы разберемся, - хмуро заметил Мухин.
– И с фраером залетным тоже.
– Он помолчал и, пристально глядя на собеседников, проговорил: - Меня лично больше волнует, почему Горыныч решил из игры выйти. Не тот он был человек, чтобы от такого куша отказаться. И ведь знал, что на нем все завязано.
– Мухин нерешительно замялся и, наконец, смущенно проговорил: - Он... напуган был. Очень напуган. Во всяком случае, таким я его его еще никогда не видел.

Озеров и Лукин обменялись недоверчивыми ухмылками.

– Что-то не поймем мы, тебя, Рысь. Ты чего добиваешься?
– набычившись, с угрозой в голосе спросил Озеров.

На Мухина, казалось, его слова не произвели ровным счетом никакого впечатления. Он легко поднялся и, глядя на обоих сверху вниз, четко проговорил:

– Слишком много народу висит на хвосте. И весь этот бордель, похоже, выходит из-под нашего контроля. Пока я не буду точно знать, до минуты, как провел последний день Горыныч, какой он "интересный факт" откопал и кому понадобился парень из больницы, я - вне игры.

– Сколько тебе надо времени?
– с одышкой спросил Лукин.

– Думаю, дней семь, - отозвался Мухин.

– Четыре. И не днем больше, - жестко подытожил Лукин.

– Что с Молоховым делать будем?
– нетерпеливо спросил Озеров, обращаясь к обоим.

В комнате повисла тяжелая, гнетущая тишина.

– Что-то будем, - веско заметил Лукин.

– Я - против, - быстро не согласился Мухин.
– Молохов от нас не уйдет. Главное сейчас - золото.

– Ну смотри, Рысь, - предостерег его Озеров.
– Тебе видней, что главнее. Только не промахнись. Как бы он не опередил тебя. Горыныча и Немца - уже того... пустили в расход.

Мухин поморщился и недовольно буркнул:

– Не каркай! Мои ребята его плотно держат. А начнет дергаться...
– Он спокойно посмотрел на обоих и закончил: - Тайга большая, всем места хватит.

Проведя в доме еще некоторое время, поговорив и обсудив детали нескольких второстепенных дел, "авторитеты", не спеша, солидно рассевшись по машинам, покинули территорию дачи. У развилки элитного поселка машины разделились и каждая покатила в направлении, известном лишь сидевшим в них пасажирам.