Влад любил ходить в наряды на хоз-двор - там он всласть отдыхал от замкнутого пространства аппаратной с ее стерильным воздухом, непрерывным гулом вентиллятора и нескончаемым мельтешением лампочек в глазах. Когда он был "молодым", его ставили выгребать свинячье дерьмо, потом доверили раздачу корма и, наконец, через год службы старшина допустил его до исполнения самых легких и увлекательных обязанностей: следить за тем, чтобы крысы не обгрызали поросятам уши. Следить значило прохаживаться с дубиной или лопатой по хлеву и при обнаружении крыс нещадно их долбить. Правда, Влад здесь шел на сговор с собственной совестью, и только делал для самого себя вид, что долбит вредных тварей, а на самом деле он их просто пугал - его палка неизменно промазывала мимо плешивого крысиного черепа. Ему было жаль этих отвратительных на вид, но добрых (так ему отчего-то казалось) млекопитающих.

А когда на дворе становилось темно, Влад устраивался перед входом в "свин-барак" на расстеленной телогрейке и полулежа курил, разглядывая усеянное звездами небо. Воинская часть была запрятана в лес, подальше от города, и это было очень хорошо для неба над головой: оно обычно было по ночам таким прозрачным, что звезды буквально налезали одна на другую, и с трудом можно было найти крупный черный разрыв между ними небо было просто белым от звезд. Влад балдел, неспешно покуривая: над ним едва заметными точками пролетали спутники, а за спиной сладко похрюкивали охраняемые им молочные поросята.

– Почему не работаем?
– послышался из темноты беззлобный окрик взводного Цветкова.

– Перекур, товарищ лейтенант, - приподнялся Влад на локте.

– Ладно, лежи. Закурить дашь?

Цветков постоянно стрелял сигареты у солдат, хотя оклад у него был без преувеличения в 50 раз больше жалования рядового. Он оправдывал это тем, что бросал курить, но на командном пункте среди офицеров ходили слухи, будто деньги у Цветкова отбирает жена.

– Ну и говно же ты куришь!
– гундосо возмутился лейтенант, поднося к спичке зажатую в губах "Приму". Это была его неизменная призказка, когда он прикуривал.

– Смотрите, спутник, - показал Влад на небо.

– Гады!
– процедил Цветков сквозь зубы, отплевываясь пепельными крошками.

– Кто, товарищ лейтенант? Извините, не понял.

– Шпионы гады, вот кто. Спутник-то АНБ-шный...

– Чей?

– Американский, дурья твоя башка. Только что в штабе телеграмму со сводкой по пролету спутников читал. Говорил ведь вам, баранам: есть у штатников такое веселое заведение Агенство национальной безопасности. А ты думал, спутники откуда берутся? Их, как солдатов, рожают, что ли? Для тебя это светлячок на небе, мелькнул - и пропал, а его несколько лет проектировали, потом на заводе строили, аппаратурой нашпиговывали, ракету для него делали, к запуску несколько месяцев готовились... На эту "фигульку" сотни миллионов долларов угрохали. А для чего?

– Для чего?
– удивился Влад, пытаясь по-новому взглянуть на медленно движущуюся точку... Но кроме точки так ничего и не узрел.

– Да для того, чтобы Родине нашей нагадить, понял? Оборону нашу подорвать!

– Теперь понял, - вздохнул Влад... Очарование звездного неба было разрушено.

– Вот ты лежишь, скажем, у хоз-блока, дрочишь...

– Да не дрочу я!
– возмутился Влад.

– Ты меня слушай, - хохотнул Цветков.
– Это так, гипотеза... Вот лежишь ты, наяриваешь, а где-нибудь в Лэнгли твой "прибор" на экране во всю стену высвечивается. Не веришь?

– Верю, - неохотно отозвался Влад.

– То-то!

– Товарищ лейтенант, а почему нас на стрельбище редко вывозят?
– спросить Влад, чтобы сменить тему разговора.
– Как мы можем стрелять научиться, если заряженный автомат раз в год видим?

– Не надо вам это, - нехотя отозвался Цветков.

– Почему не надо?

– Раз ты такой любознательный, я тебе одну военную тайну открою. Кроме шуток. Чтоб тебе было известно, в нашем полку не существует никакого плана действий на случай начала войны. Ни тебе переброски, ни эшелонирования, ни выдвижения на позиции, ни передислокации. Ни-ху-я!
– размеренно и четко произнес он по слогам.
– А знаешь, почему?

– Нет...

– Да потому, что мы сразу отстреляемся, а потом нас ответными ракетами накроют. Министр так и сказал: "Ракетчики мне нужны на первые полчаса войны". Уразумел?

– Уразумел, - ответил Влад, поеживаясь от неприятного ощущения от услышанного.

– Я, между прочим, давно к тебе присматриваюсь, глубокомысленно сказал лейтенант, - и никак не пойму, умный ты или... С виду, вроде, толковый, но все под дурачка косишь. Что на уме у тебя?

– У меня?
– смутился Влад.

– Ну вот, опять закосил!
– усмехнулся Цветков.
– Сам-то ты знаешь, что в голове у тебя?

– А...
– Влад собрался что-то сказать, но со стыдом понял, что не знает, что.

– Я тебе совет дам, - серьезно сказал Цветков.
– Если хочешь чего-то в этой жизни понять и увидеть, поступай в институт после армии. Вам, оболдуям, правительство такие льготы для поступления дает, а вы не пользуетесь! Приходите домой - и сразу наверстывать "упущенное" за два года: водка, девочки, картишки... А потом - вместо института в ЛТП или в вендиспансер. Ты на хорошем счету, все же. Я тебе рекомендацию в любой институт дам, жалко мне, что ли?! Сдашь экзамены на тройки - и считай, ты уже "в дамках".