Четверо налетчиков крались вдоль стены кубрика, прячась в тени от ярких вспышек молнии. Надо было найти вход в трюм, а потом… Динка даже не представляла, что они будут делать потом. И закрадывалось такое подозрение, что Шторос тоже предпочитал об этом не думать. Захватить огромную галеру? Тут только команды не меньше сотни, наверное. Вернуться на яхту к лживому ублюдку Джо?

В дверном проеме кубрика показался матрос, в руках которого был фонарь, раскачивающийся от ветра и отбрасывающий неровное пятно света на палубу. Варрэны отпрянули и затаились, прижавшись к стене. Матрос осмотрелся и зашагал в их сторону, широко расставляя ноги. На палубе галеры качка была не такая сильная, как на яхте, но все равно требовались усилия, чтобы удержаться на ногах.

Когда матрос поравнялся с ними, Шторос, словно тень, отделился от стены и приставил к его горлу кинжал. Матрос сдавленно вскрикнул и выронил фонарь. Динка, шедшая вслед за Шторосом, подхватила фонарь и потушила его.

— Веди себя тихо, и мы тебя не тронем, — прошептал Шторос страшным голосом ему на ухо. — Где здесь вход к гребцам. Показывай.

Матрос сжал зубы, но кивнул головой. Трудно быть несговорчивым, когда холодная сталь царапает горло. Он медленно поднял руку и указал направление. Варрэны, крадучись, двинулись за ним.

Но когда они обогнули угол кубрика, сквозь завывание штормового ветра и плеск волн до них донесся звон железа и шум драки. Но палубе что-то происходило, но в мечущемся свете фонаря на мачте, выхватывающем из темноты лишь отдельные фрагменты событий, трудно было догадаться о том, что там творится.

— Пошел! Вперед! — грубо поторопил Шторос замешкавшегося матроса и подтолкнул его в спину. Они отделились от стены кубрика и шагнули на открытую палубу. Волны не захлестывали палубу галеры, но яростный шквал ветра, насыщенного колючими водяными каплями, тут же с силой ударил сбоку. Динка покачнулась от неожиданности, но оказавшийся рядом Хоегард поддержал ее за локоть. Она на миг отвлеклась от происходящего впереди, чтобы с благодарностью посмотреть на него.

Небо рассекла пополам ослепительная молния, осветившая палубу голубоватым мертвенным светом, и от грохота грома по корпусу корабля прошла мелкая, пробирающая до костей дрожь. Динка поспешно обернулась обратно и, в ярких вспышках, следующих одна за другой, увидела в центре палубы Дайма.

Во мраке, освещаемом лишь грозовыми зарницами, он походил на разгневанного бога небес из книги сказок. Его отросшие волосы разметались от порывистого ветра, по могучей груди струйками сбегала дождевая вода, каждое его отточенное движение было молниеносно быстрым, а два длинных кинжала в его руках, сверкающие серебром в свете грозовых разрядов, разили противников насмерть.

Шторос и стоявшие за его спиной варрэны на миг замерли в растерянности. Они шли спасать скованного цепями раба, а наткнулись на сражающегося предводителя с небольшой армией за спиной. Между ними и Даймом оставалось не больше десяти шагов, когда Дайм поднял голову и увидел их. Его ошеломленный взгляд застыл на лице Штороса. Секунды растерянности от неожиданной встречи растянулись на целую вечность. Динка опомнилась первой, с визгом прошмыгнув под рукой Штороса, сжимавшей кинжал, и бросилась на грудь Дайма. Словно по команде, трое остальных варрэнов метнулись к Вожаку, окружив его и отражая нацеленные на него атаки.

— Динка… — потрясенно выдохнул Дайм, но тут же взял себя в руки. Сейчас было не время для слез и сантиментов. — Держись за спиной и не высовывайся! — рявкнул он, отпихивая ее к себе за спину и взмахивая окровавленным кинжалом.

— Какой план? — прокричал рядом Шторос, быстро приседая и всаживая длинный кинжал в живот нападавшему матросу.

— Сберечь рабов, — Дайм, вихрем ударов двух ножей отбрасывая своего соперника к борту, мотнул головой себе за спину. — Перебить команду и захватить судно.

— Рабы смогут довести корабль до берега? — уточнил Шторос, стряхивая с кинжала кровь и поворачиваясь лицом к новому сопернику.

— Да, среди них есть капитан. Он сказал, что штормом нас несет прямо на берег. В худшем случае к утру, а в лучшем — через пару часов, мы будем там, если ветер не поменяется. Надо успеть перехватить корабль до того, как мы окажемся в досягаемости портовых пушек.

Динка не отсиживалась за спиной у мужчин. У нее в руках был арбалет, и в колчане оставалось еще много болтов. Она взобралась чуть выше роста Дайма на одну из трех мачт, оказавшуюся поблизости, и, крепко охватив ее ногами, освободила себе руки. С этого места открывался отличный обзор на поле боя. Изначально, перевес был на стороне вооруженных матросов против безоружных рабов. Тут и там валялись грязные истощенные тела взбунтовавшихся гребцов в оборванных лохмотьях. Но с появлением троих варрэнов, преимущество оказалось на стороне Дайма и его маленького отряда. К сожалению, варрэны не могли применить свою силу. Магический огонь боялся воды ничуть не меньше обычного. Динка видела, как вспыхивают огненные языки на ножах ее спутников, но тут же бессильно гаснут под потоками дождя и порывами ветра.

В себе она не сомневалась — при необходимости она смогла бы поджечь даже насквозь мокрый корабль. Но пока они справлялись лишь холодным оружием, это не требовалось. Динка взвела арбалет и спустила курок, болт с силой ударил в грудь матроса, замахнувшегося на Хоегарда огромной кривой саблей. Матрос покачнулся, и тут Хоегард добил его точным движением ножа, вспоровшим живот от лобка до ребер.

Динка не убивала людей с тех пор, как была одна и шла освобождать своих мужчин из тюрьмы. И до последнего хотела избежать смертей. Но сейчас, в потустороннем свете вспыхивающих молний, под аккомпанемент ревущего моря, в потоках воды, льющих с неба, когда на палубе бой шел ни на жизнь, а на смерть, когда люди кидались с ножами на дорогих ей мужчин, убийство людей не казалось ей чем-то неправильным. Они пришли вернуть свободу Дайму, коварно похищенному и проданному на галеру, и сделают это любой ценой. Даже если этой ценой окажутся сотни жизней.