– Значит, мой будет, - раздался подозрительно знакомый голос сзади. Михей обернулся. Тут его ждал сюрприз.

– О! А вот и твой сержант, - сказал Артур.

Это был Рик Страйкер. Тот самый безопасник, который помогал Михею подготовиться к бою на арене. Михей был одновременно обрадован и обеспокоен, ведь Страйкер знал, кто он, и мог раскрыть его личность.

– Ты? – Удивился Страйкер.

– Вот так встреча! – Воскликнул Михей.

Каримов сложил руки на груди.

– Так вы что, знакомы?

Михей молчал, ожидая, что скажет Рик.

– Работали вместе, - пояснил тот, - он тоже был безопасником на «Треоне-1». Вот такой пацан, - он поднял вверх большой палец.

– Вон оно как. – Каримов встал. – Ну, значит, сам Бог велел вам вместе служить. Если Рик говорит, что ты свой пацан, значит, так оно и есть. – Он протянул Михею раскрытую ладонь. – Добро пожаловать в коллектив, что ли.

Михей пожал его руку. Затем все они сели в центре комнаты. Кто-то развел небольшой костерок. Михей аккуратно сложил рюкзак и шлем рядом с собой слева, положил винтовку сверху.

Небольшое пламя костра плясало и подрагивало, заставляя тени на стенах колыхаться и дрожать. В этом неровном теплом свете Михей мог разглядеть лица своих сослуживцев. Всего было тринадцать человек – двое были в дозоре. Бойцы его отделения – Джамаль Корн, чернокожий великан, чьи мускулы не могла скрыть даже плотная многослойная ткань костюма, и Джорж Мюррей, который представился как Бомбер, невысокий, худощавый, с бледным шрамом под нижней губой. Остальные – Арафат, ТиКей, Рамзан, Фрид, Нейтор, Гейб, Арис, и два сержанта Виталий Краснов и Карл Джонсон. Поль и Ганс – те, кто в дозоре.

Рамзан сделал глоток из пластикового пакета. Михей только теперь вспомнил, что ничего не ел с самого утра. Под ложечкой тут же засосало. Михей полез в карман рюкзака, и вынул маленькую, на четверть литра, упаковку. Новинка последних лет, питательный коктейль «Норма». Пятьсот миллиграммов должны были удовлетворить суточную потребность солдата в энергии, витаминах и микроэлементах. На вкус что-то среднее между мясным бульоном и овсяной кашей, в целом довольно неплохо.

Михей в несколько глотков опустошил пакет, и смял его в кулаке. Легче не стало ни на йоту. Ощущения сытости пришлось ждать минут тридцать. Только тогда в желудке появилась приятная тяжесть и чувство полноты. Тогда же усталость прожитого дня накрыла его теплым ватным одеялом. Веки сделались неподъемно тяжелыми, мысли вялыми. Михей лениво оттащил свои вещи в сторонку, и улегся на пол рядом с Бомбером, положив под голову рюкзак. Через минуту он уже спал.

С самого утра Михей ждал возможности поговорить с Риком наедине. Случай выдался только после полудня, когда они вместе пошли в дозор.

ДЗОТ был оборудован в полуразрушенной насосной станции на окраине поселка. Небольшое здание было утоплено в землю почти на полтора метра. В толстых стенах из крупного кирпича было выдолблено несколько огневых щелей, через которые хорошо просматривалось желтое поле высокой травы, и уходящая вдаль железная дорога. В центре зала на массивных бетонных постаментах покоились два мощных двигателя. Толстые, обмотанные изоляцией трубы, тянулись в разные стороны, кое-где ощетинившись потертыми задвижками с подтеками ржавчины.

Михей и Страйкер уселись на пустые короба от снарядов, выставив в щели стволы винтовок. Дозор был нужен только для перестраховки – периметр вокруг города патрулировался беспилотниками, поэтому дозорные чувствовали себя достаточно спокойно.

– Хотел сказать, - начал Михей, - спасибо, что не выдал меня.

– А я как-то и не догнал сразу: думаю, вроде, ты, а фамилия другая. Потом смотрю, ты так смотришь, ну и сообразил. Так значит, ты теперь типа Леонов?

– Да, пришлось взять фамилию матери. Михей Алмаев слишком хорошо засветился на Треоне.

– Да уж, - задумчиво кивнул Страйкер. – Когда думаешь сказать остальным?

Михей пожал плечами и посмотрел в огневую щель. Ветер гонял по полю широкие волны. Будто море жидкого золота.

– Им не обязательно знать, кто я. К тому же я слышал, что Михей Алмаев командует взводом где-то то ли на Востоке, то ли на Западе.

Страйкер усмехнулся.

– Да, ходят такие слухи. – Он задумался, ущипнув губу костяшками пальцев. – Я в это никогда не верил. Не думал, что ты можешь вернуться сюда после всего. Так что я просто охренел, когда тебя увидел вчера. Подумал: «Какого дьявола ты здесь делаешь?»

– Сам не знаю, - ответил Михей. – Пробовал жить нормально, но как-то… - Он покачал рукой, - в общем, не получается.

– Понятно, - Рик с досадой надул щеки.

– Я же в этой теме с самого начала. Так что теперь я просто не могу оставаться в стороне.

– Аналогично, брат.
– Страйкер серьезно посмотрел на него.

– Знаешь, - добавил он, помолчав. – Так было обидно за тебя. Ты того сукиного сына по-честному замочил. Никто не верил, что ты сможешь, а ты смог! Я на Гага набросился, обнимать его. Чуть ребра ему не сломал. Ты тогда героем стал для всех нас. Ты не видел, как на тебя потом бабы наши смотрели, когда ты с Мирославой гулял. Как они ей завидовали. Даже замужние. А потом, - тут он нахмурился, - уроды эти, охранники гребаные, прощелкали тебя. Потом казнь, все дела… В общем, когда про Солярис прослышал, сразу решил – буду воевать.