Травинка сползала гораздо быстрее Мрачноглаза, его коленки уже подхватили её за подмышки. Оглянувшись, парень увидел, как Альм остановился у противоположного края пропасти, но не его масса. Она словно перетекла в выброшенную вперёд руку, которая теперь неслась на них. Она была огромной (могла полностью обхватить висевших человека с пегой), волосатой, с выставленными вперед когтями, и была скорее лапой, чем рукой (да тут Мрачноглаз ошибся).

Когти остановились совсем рядом, лапа повисела немного в воздухе и рухнула вниз, впечатавшись в стену шрама, где быстро усохла. Стена пошла трещинами, а Альм закачался и рухнул на спину. Отвлекли Мрачника от этого зрелища, вцепившиеся в его руки руки Занозы. Она легла на землю и тащила парня.

– Пегу тяни! – крикнул ей Мрачноглаз, чувствуя, что теряет силы.

– Если ты из-за этого упадёшь, я за тобой не прыгну, – ответила Заноза, но всё же схватила Травинку за лапу. Крыс подскочил и схватил другую. Но вытащить висевших удалось только после того, как Ворон обвил шею Травинки своей шеей и потянул её вверх.

Когда все оказались на твёрдой земле, Мрачник сполз обратно на седло, а Травинка развернула голову и раскрыла чёрные глаза, посмотрев прямо в его лицо, как бы говоря “Куда ты меня втянул?” Парень погладил её по голове.

– Помнишь, мы едва вскарабкались на природное препятствие от псевдогончих, но оно их только задержало? Не хочу нарушать идиллию, но мне кажется, сейчас точно такой же случай, - нетерпеливо сказала Заноза, садясь на Ворона.

– Писк? – пискнул Крыс.

– Я не понимаю. Ты пищишь, Крыс. Ты ведь это осознаёшь? – не поняла его девушка.

– Скорее всего, Альм просто устал. Его манипуляции с телом должны отнимать много сил, если судить по тому, что Мамаша больше Хохотуна в десять раз и во столько же больше он ест. И он, Альм, легко преодолеет этот шрам, догадавшись увеличить ноги, – объяснил Крысу Мрачноглаз.

Крыс показывал путь, а за ним скакали остальные. Тёмные тучи над головами начали протекать. Мрачник постарался, чтобы небесные капли не пропали, и пытался ловить их своим бурдюком для воды, но способ движения на пеге сделали эти попытки безуспешными. Когда он окончательно сдался, то увидел в вдалеке какое-то сооружение. Это походило на башню без стен.

– Крыс, идём к той башне! – крикнул Мрачноглаз.

Башня оказалась длинными стесанными стоячими камнями, образующими круг. На них (помимо глазомха) лежали более плоские камни, на которых стояли ещё одни стоячие камни, а на них другие. Башня была в три этажа, последний был сильно разрушен, его обломки были вбиты в землю вокруг.

– Давайте спрячемся наверху, - предложил Мрачноглаз. Никто не стал возражать.

Пеги легко допрыгали до вершины и, сняв с себя наездников, улеглись на мокрый камень, согнув ноги. Дождь уже лил не переставая (хорошо что он был тёплым). Вдали были видны вспышки молний и раскаты грома. Мрачноглаз знал, что такое случалось и до Перелома (да и сам он был свидетелем летней грозы не раз), но не понимал причины. Может быть, некоторые боги всё же уцелели и теперь дерутся на небесах, высекая молнии от оружия?

Мрачноглаз сел на колени у края и стал смотреть в сторону, откуда они прискакали. Заноза легла рядом на живот и, положив подбородок на руки, тоже стала высматривать Альма. Потом, окончательно промокнув, она посмотрела на Мрачника:

– Вот тебе и четыре золотых, блестяще потраченные. Это твоя удача или моя? Крыса?

Струи дождя откинули её волосы с лица. Крушила, конечно, красивее, но как же Заноза мне ближе.

– Возможно, это наша общая удача, без сарказма. У Альма вытянутый нос, значит, он хорошо чувствует запахи. Дождь же их собьёт.

– То есть, можно сказать, тебе сопутствует сильная удача? А как насчёт крупной неудачи? – девушка почему-то посерьёзнела и даже нахмурилась.

– Альм, – прошептал Мрачник и, отползя от края, утянул за ногу Занозу.

Траурник в этот раз распределил массу своего тела равномерно и был большим, как три Мамаши. Он бежал на всех конечностях, припадая к земле.

– Как только он уйдет, мы должны спуститься вниз. Тут мы ближе к небу, а оно сегодня злое, - шепнул Мрачноглаз. Так часто говорил Северянин, опасаясь, что небо треснет и на него упадёт небесный осколок. – Крыс, есть ли здесь поблизости место, где можно спрятаться?

Крыс достал потрёпанную карту и расположил её прямо под дождём на камне. Он потыкал когтем по какому-то месту, но его морда выглядела неуверенной. И всё же решился, нырнул пальцем под ладонь, показал рукой уровень по пояс, потом спохватился и показал выше себя, стал стучать чем-то невидимым о камень под ногами, закончил, приподнимая что-то на растопыренных руках и разбрасывая вокруг себя.

– Знаешь, если Крыс сойдёт с ума, мы об этом не узнаем, – прошептала Заноза.

– Он говорит про подземелье гномов, – перевёл Мрачник.