Она сплюнула и ударила себя ладонью по лбу, когда ее осенило.

Марони и все обитатели особняка видели, как она вышла из машины. Морана была убита горем, плакала и хваталась за руку Тристана, пока он вел ее до дома. То была искренняя боль, потому что она в самом деле верила, что Данте умер.

Закончив умываться, Морана босиком спустилась по лестнице и бросилась к ноутбуку. Мозг лихорадочно соображал, собирая фрагменты воедино. Возможно, она в корне не права, но все же это маловероятно. Если Данте жив, как она считала, то он исчез неспроста, и Морана готова была поставить все свои сбережения на то, что Тристану об этом известно. Они не посвятили ее в дело только потому, что реакция Мораны должна была выглядеть искренней для посторонних глаз.

Отчаянно надеясь, что она права, Морана запустила систему, скрыла свой адрес и зашла в даркнет. Ввела «клан тенебры + пожар», нажала на кнопку ввода и столкнулась с лавиной новостей.

Перешла по первой же ссылке и просмотрела статью.

В череде событий, потрясших весь преступный мир, Данте Марони, старший сын Ищейки Марони, погиб в ужасном пожаре, разразившемся в одном из клубов Клана в складском районе…

Вернувшись к результатам, Морана прокрутила другие новостные ссылки, снова и снова натыкаясь на одну и ту же историю, пока ее внимание не привлекла ссылка внизу страницы.

Под таким заголовком шла свежая запись в блоге, скорее напоминавшая теорию заговора, и Морана нажала на ссылку, чувствуя, как подскакивает сердце.

Мой отец много лет служил солдатом в Клане Тенебры, пока не скончался. Насколько вам известно, интерес к мафии я унаследовал от него. И хотя я так и не пошел по его стопам, потому как сам я ботаник, меня всегда интересовал Альянс и его распад.

Скажите мне вот что: если в команде состоят три равноправных участника и двое из них – короли, то кто же тогда третий?

Мы предполагаем, что много лет существовал Альянс между Тенеброй и Шэдоу-Портом.

Но отец говорил мне, что в сделке был третий участник. Возможно ли, что Альянс распался из-за того, что тот вышел из соглашения? Если он был настолько важен, то кто он такой? Очередной глава другой мафиозной семьи?

Скажу вам, что рассказывал мне отец: этот человек заботился об обоих королях и прятал их секреты. Вот почему они скрывали его личность.

Что думаете? Такое возможно? Поделитесь мнениями в комментариях.

Морана смотрела на пост, а сердце лихорадочно колотилось в груди.

Три партнера.

Если их было трое, один из которых Лоренцо Марони, а второй – ее отец, то кто же третий?

Она подобралась слишком близко. Знала, что разгадка уже на расстоянии вытянутой руки, чуяла нутром.

Все это оказалось как-то связано: коды, пропавшие девочки, Альянс.

И третий человек являлся ключом к разгадке.

Морана лежала в постели в трусиках и футболке Тристана и смотрела в потолок в свете прикроватной лампы, когда дверь вдруг открылась и в комнату вошел Тристан. При виде его измученного, испачканного сажей лица ее сердце замерло.

Он остановил на ней взгляд, увидел, что она не спит, и кивком головы указал в сторону ванной.

Морана встала, нахмурившись:

– Мне нужно…

Он приложил палец к ее губам, кивнул в сторону ванной, а затем начал раздеваться и бросать одежду в корзину в углу. Морана была вовсе не против его наготы, но время казалось ей неподходящим для этого.

– Я не могу сейчас говорить, – ровно произнес он и пошел в ванную, жестом велев ей идти за ним.

Не говоря больше ни слова, Морана поспешила следом, закрыла за собой дверь и увидела, что Тристан уже стоит под струями воды. Он взглянул на нее, остановившуюся возле раковины, и пальцем поманил подойти ближе.

Чертовски озадаченная Морана разделась и встала перед ним под теплые потоки воды, пытаясь прочесть что-то в его голубых глазах. Он наклонился, прижался губами к ее уху и тихо заговорил:

– В доме установлены жучки.

Округлив глаза, Морана вцепилась в его скользкие бицепсы:

– О чем ты?

– Я только что узнал, – сказал он. – Нужно будет проверить, нет ли их в спальне, но до тех пор я не хочу рисковать и говорить там.

Морана молча выдавила в ладони немного шампуня и потерла их друг о друга, чтобы вспенить, пока ждала от Тристана продолжения. Он сел на мраморную скамью в душевой, чтобы ей не пришлось вставать на цыпочки, и его голова оказалась на уровне ее шеи. Втирая шампунь ему в волосы, Морана гадала, проявлял ли к нему кто-нибудь когда-то подобную заботу.