Шрифт:
Случившееся в ресторане повторилось снова, только на этот раз в более извращенной форме. Нет, это был не полноценный секс, и да, это был самый настоящий торопливый петтинг. Но все же.
Но что хуже всего? Она не чувствовала ни капли раскаяния.
Тристан Кейн схватил ее за руку и повернул кругом, заставляя посмотреть ему в глаза, которые все еще пылали жаждой животного, почуявшего запах крови. В них таился голод такой силы, что ее все еще разгоряченное тело снова стало готово под натиском жидкой лавы. И все от одного его взгляда.
Он наклонился вперед, овевая дыханием ее щеку, окутывая своим запахом, и приблизился губами к уху.
– В следующий раз я выясню, как громко ты умеешь кричать, мисс Виталио. У тебя все будет болеть так сильно, что ты не поймешь, от крика это или от жесткого секса.
Этому мужчине нужно приструнить свой грязный, пошлый рот.
Морана закатила глаза, хотя сердце пустилось вскачь, а его слова проникли в воспламенившееся тело.
– Ты себя переоцениваешь.
– Скажи это, когда я не буду чувствовать твой запах на своих пальцах.
Она тоже его чувствовала. А потому, что это возбудило ее, хотя и не должно было (вопреки всему), Морана поджала губы. Напоминание о том, как хорошо он владел собой и как плохо это давалось ей, стало для нее пощечиной, способной привести в чувство.
Морана выпрямила спину, закинула рюкзак на плечо и окинула его ледяным взглядом.
– Мы можем уйти?
Тристан Кейн слегка прищурился от такого тона и задумчиво смотрел на нее долгое мгновение, сжимая пальцами ее руку, а потом кивнул. Развернувшись, он потащил Морану к деревьям. Несколько минут они шли в тишине, и она погрузилась в размышления.
Они уже почти дошли до ограждения территории, когда телефон внезапно завибрировал у нее в кармане от входящего сообщения.
Не удостоив его вниманием, Морана сосредоточилась на том, чтобы добраться до отверстия, через которое они пробрались, и увидела, что возле него их ждал охранник. Морана прокралась к дыре в заборе, вылезла через нее и пошла к припаркованному мотоциклу, не желая даже думать о том, что только что случилось за этой стеной.
Она сосредоточилась на запахе земли, на свете луны, окутывавшем дом ужасов белым свечением, наблюдая, как Тристан Кейн тихо переговаривается с охранником.
Морана вспомнила о пришедшем сообщении, пока ждала возле мотоцикла, достала телефон из кармана и разблокировала экран.
Неизвестный номер.
Нахмурившись, она открыла сообщение и увидела в нем прикрепленное изображение без какого-либо текста. Нажала на фото и, насупив брови, рассмотрела отсканированное изображение какой-то старой газетной статьи.
Морана нажала на него, чтобы увеличить, и, как только слова стали четкими на экране, стала читать.
Тенебра, 8 июля 1989: в череде ужасающих событий, потрясших город, за последние два года пропали 25 маленьких девочек в возрасте от 4 до 10 лет. Однако это лишь вершина айсберга. По данным источников, это только известные, зафиксированные случаи, которые расследует полиция.
Последняя жертва – шестилетняя Стейси Хопкинс (см. выше), которая пропала прямо во время прогулки, когда ее мать свернула на Мэдисон-авеню. Виновные пока не установлены. В то время как одни считают, что это дело рук организованных преступных группировок, другие винят оккультные организации. Большинство девочек, как сообщают наши источники, пропали без вести, когда находились под присмотром взрослых…
Морана прочла всю статью, в которой описывались ужасающие подробности, и не могла понять, зачем ей это прислали. Кто прислал? И зачем? Ее отправили по ошибке? Наверняка так и есть.
Она была обеспокоена тем, что прочла, но решила ненадолго выбросить мысли об этом из головы, когда к ней подошел Тристан Кейн. Морана уже почти заблокировала телефон, как вдруг что-то на экране привлекло ее внимание. В углу возле заголовка была оставлена маленькая заметка от руки.
«Посмотри статью от 5 июня 1998».
Статью, датированную двадцатью двумя годами ранее.
Глава 14
Решение
Морана не могла решить, то ли она была очень-очень храброй, то ли очень-очень глупой. Возможно, странным образом и такой, и такой.
По правде говоря, порой она не особо собой гордилась, даже когда ей хотелось взметнуть кулаком вверх и прыгать от радости. Причина тому была проста: иногда Морана в своем безрассудстве совершала поступки, которые, как ей известно, совершать не следовало, но все же, когда ей удавалось успешно это сделать, у нее возникало желание годиться собой.
Сейчас как раз настал один из тех моментов безрассудства, что вызывал у нее такое желание.
Она сдержала его. Едва.
Причина ее глупости и храбрости сидела за рулем огромного черного внедорожника, опережавшего ее на пять машин. Он был огромным настолько, что она могла с легкостью не спускать с него глаз даже с такого большого расстояния. Совсем неподходящий для тайных вылазок автомобиль. Но Моране это даже нравилось, поскольку играло ей на руку.
Когда она вернулась в пентхаус из своего старого дома вместе с вещами, то сразу заперлась в гостевой комнате и приступила к работе над новой последовательностью кодов, между делом проверяя сведения из газетной статьи тридцатилетней давности, которую ей прислал неизвестный. Отследить этого таинственного человека, несмотря на многочисленные попытки, оказалось невозможно, что сообщило Моране единственный факт, который ей следовало о нем знать: он или она хорошо разбирался в компьютерах. Очень хорошо, раз сумел ускользнуть.