Мне просто было без Печатей легче. Как будто мир вокруг стал чуть заметно ярче. Словно ушло из тела ожидание боли, к которому я настолько давно привык, что и не замечал вовсе. Да, Мельвир почти не пользовался такими Печатями. А когда пользовался, что ж… по большей части я заслужил. Но, оказывается, я все равно подспудно ощущал их присутствие. Возможность того, что в любой момент чародей их активизирует.

Я медленно выдохнул, наслаждаясь свалившейся на меня свободой.

– Спасибо. Я ценю твое доверие, - тихо произнес я.

– Я твое тоже, - серьезно кивнул светлый чародей.
– Надеюсь, ты понимаешь, что если вновь примешься изображать из себя мерзавца и попробуешь развязать войну со Светлыми землями, мало тебе не покажется?

– И что ты сделаешь? – оскалился я. – Вернешь Печати?

– Выдеру. Прилюдно. Во дворе Черного Замка! – отрезал Мельвир.

Я сглотнул, глядя в светлые глаза мага. А ведь сдержит обещание, зараза! Он всегда их держит!

– Нам туда! – заявила, прекратив намечавшуюся перепалку Сания, указав куда-то на юго-запад.

– Гм-м, в логово великанов? – уточнил Хэллорд.

– Нет, мы его обойдем! – решила Сания. – Но я знаю, что Квентин где-то там.

Мастер Дисмус молча поднял с земли свой дорожный мешок. Морщась, я пошел к Ийессамбруа. Сумеречная Тварь даже опустилась на землю, так, чтобы удобнее было забираться. Твур отнесся к соседству со мной на его спине настороженно, но все же стерпел.

«Я первым его Призвал!» - заявил я гровлину мысленно.

Тот в ответ, показал язык, словно прочев мои мысли. Похоже, Твур перенимал человеческие привычки у окружающих. Придержав за плечо беспокойное создание при взлете, я позволил Ийессамбруа нести себя навстречу очередной опасности.

«-Глупый мальчик!

Я очнулся лежа на спине в ночной тиши возле костра. Прямо над головой горели звезды, а сбоку от меня сидел, облаченный в свое любимое поношенное тряпье, Рендзал и подкладывал ветви в огонь.

– Почему глупый? – спросил я, гадая, как здесь оказался.

Это не было воспоминанием. Никогда мы с ним не были на огромной идеальной круглой поляне возле костра, окруженной исполинскими деревьями. И он не называл меня «глупым мальчишкой». Юнцом – да. Но не мальчиком же!

– Потому что намылился сдохнуть, - мрачно ответил Рендзал. – Ты убил меня для того, чтобы жить. А теперь позволяешь светлым забрать это дар.

– Это не было «даром» с твоей стороны! – резко дернувшись, мне удалось сесть.

– Дар, отданный в бою!
– Рендзал смотрел на меня, не мигая.

Лишь сейчас я понял, что его глаза практически черные. Словно в них горит сама Тьма. Должно быть, она пробралась туда и наполнила силой в благодарность за спасение. Или так выглядят мертвые, когда встречаешься с ними в несуществующих местах.

– Ты и, правда, здесь, Рендзал? Это по-настоящему?

Я ожидал, что мой наставник сейчас разразится тирадой из разряда «А что вообще можно считать настоящим?» И, тем самым косвенно подтвердит, что все происходит лишь в моей голове. Должно быть, от потери крови я вновь потерял сознание. Мне даже смутно припоминалось, что последнее, что я помнил был полет на спине Сумеречной Твари. Здорово будет свалиться. Достойный конец для Повелителя Темных земель, нечего сказать!

– Да, - лишь сказал на это Рендзал. – Я настоящий, Гвир, и ты тоже. Что до этого места… то оно тоже реально, в некотором роде.

– Зачем ты пришел? – я с болью всматривался в морщинистое лицо, ища хотя бы признаки гнева.

Я сбросил его со скалы. Отказался умирать, чтобы стать его силой. Отплатил смертьюна все, что он сделал для меня. Не дал ему даже шанса… Да и не мог. Как маг Рендзал превосходил меня слишком сильно. Не упади он тогда, я был бы мертв.

– Чтобы предупредить, Гвир. Я не хочу, чтобы тебя разорвали на части великаны. Или случилось нечто гораздо худшее, - очень серьезно произнес Рендзал.

– Что может быть хуже смерти, учитель? – удивился я.

– Стать частью Камня Душ, - ответил мой наставник, а затем пропал.

Лишь костер потрескивал рядом, напоминая о его былом присутствии. Я растерянно огляделся, гадая, как мне отсюда выбраться. А затем лес наполнился голосами.

– Гвир! – настойчиво звали меня среди темных ветвей…»

– Гвир! – Мельвир от души встряхнул меня за плечи. – Да очнись же!

Я открыл глаза, уставившись на обеспокоенное лицо остроухого. Видок у него был такой, словно я свалился с Ийессамбруа на полном ходу и шмякнулся оземь.