– Значит, ты не можешь сказать, насколько близко к Солнечной системе пройдет Немезида.

– Рассчитать это практически невозможно. Для этого нужно учесть гравитационное поле каждой звезды в радиусе десяти световых лет. А в конце концов малейший неучтенный фактор, отстоящий на два световых года, может привести к таким отклонениям, что результаты окажутся совершенно неверными. Например, расчеты могут показать высокую вероятность прямого столкновения Немезиды с Солнцем, а на самом деле Немезида пройдет вдали от Солнечной системы. Или наоборот.

– Комиссар Питт сказал, что, если люди в Солнечной системе захотят, к тому времени, когда к ним приблизится Немезида, все они могут улететь. Это правда?

– Может быть. Но возможно ли предугадать, что случится через пять тысяч лет? Какие события произойдут за этот срок и на что они повлияют? Можно только надеяться, что всем удастся спастись.

– Даже если их не предупредят, они сами обнаружат приближение Немезиды, – заметила Марлена, чувствуя неловкость из-за того, что ей приходится объяснять матери вещи, понятные любому астроному. – Обязательно обнаружат. Немезида будет все ближе и ближе, и через какое-то время станет ясно, что она приближается к Земле. Тогда они смогут точнее рассчитать ее путь.

– Но к тому времени у них останется намного меньше времени для того, чтобы подготовиться к эвакуации, если она окажется необходимой.

Марлена опустила глаза.

– Мама, не сердись на меня. Мне кажется, ты все равно будешь чувствовать себя несчастной, даже если спасутся все жители Солнечной системы. Тебя беспокоит что-то другое. Пожалуйста, не скрывай от меня.

– Ну хорошо, – согласилась Юджиния. – Мне страшно даже подумать о том, что Земля будет покинута человеком. Даже если все будет в полном порядке, даже если у землян будет достаточно времени для подготовки и эвакуация обойдется без жертв и несчастных случаев, мне не нравится сама мысль о том, что на Земле не останется ни одного человека. Я не хочу, чтобы Земля опустела.

– Но если это неизбежно?

– Тогда пусть будет, что будет. От судьбы не уйдешь, но все равно я не хочу, чтобы на Земле не осталось ни одного человека.

– Тебе жалко Землю? Потому что ты там училась, да?

– На Земле я специализировалась в астрономии. Я не люблю Землю, но дело не в этом. Земля – это прародина человека. Ты понимаешь, о чем я говорю? Я не задумывалась над этим, когда была на Земле, но ведь именно там в течение многих геологических эпох развивалась жизнь. Для меня это не просто слова, здесь заложен глубокий смысл. Я хочу, чтобы жизнь на Земле существовала хотя бы ради прошлого. Мне кажется, я выразилась не совсем понятно…

– Отец был землянином, – заметила Марлена.

– Да, землянином, – Юджиния чуть сжала губы.

– И он вернулся на Землю.

– Да, если верить документам. Наверно, вернулся.

– Тогда я тоже наполовину жительница Земли. Правда?

– Марлена, все мы – земляне, – возразила Юджиния. – Мои прапрабабушка и прапрадедушка всю жизнь прожили на Земле. Моя прабабушка родилась на Земле. Мы все без исключения – потомки землян. И не только люди. На любом поселении любое живое существо – от вируса до дерева – тоже имеет земное происхождение.

– Но только люди знают об этом. И одни помнят лучше, чем другие. Ты иногда вспоминаешь об отце? – Марлена бросила мимолетный взгляд на мать и поморщилась.

– Понятно. Это меня не касается. Примерно так ты хочешь мне ответить.

– Да, примерно так. Но неважно, что я хочу. В конце концов, ты – его дочь и имеешь право знать. Да, изредка я думаю о нем. – Юджиния чуть заметно пожала плечами, потом спросила:

– Марлена, а ты думаешь о нем?

– Мне не о чем думать. Я его не помню. Я никогда не видела даже его голограмм.

– Да, тогда не имело смысла… – Юджиния запнулась.

– Когда я была маленькой, я часто задумывалась, почему одни отцы остались со своими детьми, а другие нет. Я думала, что те, кто остался, любят своих детей, а мой отец не любил меня.

Юджиния внимательно смотрела на дочь.

– Раньше ты мне об этом не говорила.

– Я думала так про себя, и только когда была маленькой. Потом я подросла и поняла, что на самом деле все сложнее.

– Никогда не надо было так думать. Это неправда. Если бы я знала, хотя бы догадывалась, я бы убедила тебя в обратном…

– Мама, ты не любишь вспоминать то время. Я же понимаю.

– Все равно, если бы я знала, о чем ты думаешь, если бы я умела читать мысли, как ты, я бы переубедила тебя. Отец очень любил тебя. Если бы я позволила, он бы взял тебя с собой. Это моя вина, что ты осталась без отца.

– Он виноват тоже. Он мог бы остаться с нами.

– Да, мог бы. Но теперь, спустя много лет, мне кажется, я лучше понимаю его. Ведь я не расставалась с домом – мой дом летел вместе со мной. Даже на расстоянии двух световых лет от Земли я была дома, на Роторе, где я родилась. Другое дело – твой отец. Он родился на Земле; мне кажется, он просто не мог себе представить, что Землю можно покинуть навсегда. Я часто думаю об этом. Должно быть, миллиарды людей точно так же не хотят покидать Землю.