Острые верхушки крыши поместья уже виднелись, а вскоре раскрылось глазу и всё оно. Поместье было мрачноватым и больше походило на замок с башнями и острыми черными крышами, углы которого держали протомы* драконов. Узкие окна шли одним за одним, а на самой высокой башне располагался балкон; наверное, с него открывается шикарный вид. На зеленом газончике вокруг поместья растут идеальной треугольной формы елки, а вдоль каждой аллеи по обе стороны — кустарники, которые садовник выстриг в п-образную форму.

— Не задерживайся, — Шарлотта взяла меня за локоток и потянула на задний двор.

Там я ахнула! По ту сторону высокого забора цветут розы, много-много прекрасных алых роз! Такие большие бутоны я никогда прежде не видела.

— Заберемся? — вдруг предложила подруга и скользнула к забору.

Мои глаза расширились и я, конечно, отказалась.

— Тогда сама полезу!

— Тебя заметят, — пытаюсь вразумить искательницу путешествий, но тщетно.

Шарлотта приподнимает подол платья и абы как завязывает в крупный узел, чтобы не мешало, а сама уже лезет вверх.

— Что ты задумала? И ноги прикрой! Вдруг кто увидит?

Юбка даже на ладонь выше щиколотки — уже дурной тон! Благородная леди никогда себе такого не позволит.

Шарлотта делает вид, что не слышит и продолжает отчаянно карабкаться. Я лишь нервно кусаю губы и осматриваюсь по сторонам, чтобы никто нас не заметил.

— Сейчас нарву тебе букетик и вернусь, — уже наверху объявила рыжеволосая, а потом гордо подчеркнула, — с сада самого графа фон Норда!

— Возвращайся, — строго кинула ей я.

Шарлотта громко воскликнула:

— Кто-то идёт! Залазь быстро!

Страх раскрыл второе дыхание, и я тотчас отчаянно начала залазить к подруге, Шарлотта мне помогла и вот наверху мы уже вдвоем.

— А ты быстрая!

— Ты пошутила?

— Ага, — хохоча, призналась она, а я насупилась. — Не злись. Давай-ка, теперь спускаемся, я помогу те…

Не успела договорить Шарлотта, как уже реальная угроза нарисовалась недалеко от нас. Привратники ринулись к нам, но схватили только подругу, я же дернулась, когда увидела их, потеряла равновесие и упала в розовый кустарник.

Потеряла ли сознание? Не знаю. Но ни привратников, ни Шарлотты уже не было, когда очнулась. Еле приподнялась на локтях, шипы роз неприятно вонзались в кожу, и я скривилась от жгучей боли. Постаралась встать, с первого раза и даже со второго не вышло, только с третьего и то еще покачивалась. Я вышла в сад, сердце затрепетало, ведь нахожусь в самом центре графского сада и моему взору открывается вся его красота. Мечта всё-таки исполнилась, но какой ценой…

— Надо выбираться, — сказала себе шепотом под нос, созерцая высокий забор.

— Может лучшей выйти через главную дверь? — голос позади заставил меня вздрогнуть, а потом и вовсе застыть на одном месте, подобно статуе.

Авторы книг часто описывают красивый голос, как бархатным и магнетическим, но думала так делают лишь для красоты, но голос незнакомца на самом деле такой! В нём царил ониксовый, а на конце произнесенных слов раскрывался и играл опаловый. Голос обволакивал, касался слуха также, как прохладный атлас касается кожи: будоражит и заставляет покрываться мурашками.

Я сделала глубокий вдох и на протяжном выдохе обернулась; ко мне направлялся хозяин поместья — граф фон Норд. Сердце ухнуло в пятки, дыхание сбилось, плечи напряглись. Он отчеканивал каждый шаг, не идёт — плывет!

Когда анкор приблизился, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки, я вжалась спиной в железные перила забора. Граф спросил:

— Как тебя зовут?

Дрожащим голосом отвечаю:

— Розалия… Ларс, — специально представилась вместе с фамилией, всё-таки она известна в Северной графстве.

Так случилась моя первая встреча с графом. Все страхи не оправдались — меня никто и пальцем не тронул, наоборот, сопроводили обратно в академию, куда же чуть раньше привели и Шарлотту. Как же нам досталось! На меня впервые кричали, и я заплакала, было очень стыдно за свой проступок, но всё же… меня не наказали, так как за все время обучения — это моя единственная ошибка, а вот подруге досталось.

Но только кто бы мог подумать, что и я буду нарушать запреты, по своей воли сбегая к графу снова и снова. Уже не нужно было пробираться в поместье, я заходила через парадную дверь. Не знаю, что мной двигало, но увидев Рихарда фон Норда единожды, хотелось увидеть еще раз… видеть его каждый день. О наших встречах никто не знал — это была тайна.