После ванны я даже не успела поесть – заснула, едва присев к обеденному столу. Матвей перенес меня на руках в спальню и уложил в постель.

Я проспала четырнадцать часов.

На следующий день Матвей скупо рассказал о том, что происходило в мое отсутствие и как ему удалось выйти на след похитителей. Уже вечером его встревожил звонок Ренаты. Она спрашивала, почему я не приехала к ней. Матвей сказал, что я собиралась завернуть на кладбище. Рената на следующее утро помчалась на кладбище, благо от ее дома до него рукой подать. Словоохотливые старушки – продавцы цветочной продукции – расписали ей картину с похищением женщины, разыгравшуюся у них на глазах. Но дальше след похитителей терялся.

Татьяна сразу обратилась в милицию, но ей велели подождать недельку. Открывать дело замотанные службой милиционеры не спешили.

Да и не было у моих друзей доказательств, что похищенная на кладбище женщина и я – одно и то же лицо. Игорь еще не вернулся из Москвы, хотя ему сообщили о моем исчезновении. У Матвея осталась одна ниточка – Алексей. Тот, выстраивая себе алиби, вышел на дежурство, и на вопросы Матвея и Татьяны недоуменно пожимал плечами. Однако Татьяна недаром считала себя экстрасенсом. Она уловила в его поведении нервозность. Велела Матвею не спускать с Алексея глаз и сама бросилась к знакомым на поиски машины для Матвея – выследить подозрительного соседа пешком было бы затруднительно. Вскоре отыскалась приличная «восьмерка», под стать машине врага. Татьяна и Матвей устроили засаду. Матвей несколько часов дежурил в машине, поставив ее неподалеку от Поцелуева моста. Куда бы ни направился Алексей, этого разъезда ему не миновать. Татьяне оставалось дать знак Матвею по мобильнику, когда охранник нормалистов сядет в свой автомобиль и двинется в путь.

Матвей, обычно медлительный и неповоротливый, на сей раз действовал очень собранно и хитро. У него хватило смекалки незамеченным проехать за Алексеем почти до места, где меня удерживали бандиты. Алексей же проявил беспечность, не опасаясь слежки. Он ехал дожать начатое черное дело – принудить меня подписать дарственную. Мою тюрьму окружал не забор с колючей проволокой, а глухие, болотистые леса. Видимо, прежде здесь была избушка финского лесника. Матвей притормозил, спрятал машину среди невысоких елок. Последние пятьсот метров он крался лесом, как разведчик, ориентируясь по слуху на урчание мотора авто Алексея.

Пришлось дожидаться темноты, чтобы разобраться, где меня держат. Часовой у баньки сразу привлек его внимание, но проникнуть туда не было возможности. Человек пять вооруженных бандитов сновали туда-сюда. Матвей, скорчившись от холода, провел ночь в заброшенном полуразвалившемся сарае, в полусотне метров от меня. Зато утро изменило расстановку сил. Алексей, взяв с собой половину охраны, куда-то уехал. Двоих оставшихся Матвей обезвредил без труда. Замечу, что мой освободитель был без оружия.

Почему поредело кольцо моих тюремщиков, стало ясно позднее, когда рассказал о своем участии в этом деле Игорь.

Мы сидели с Игорем в кафе – как замечательно снова чувствовать себя в безопасности! Вокруг обычные, приятные люди, зашедшие пропустить по кружечке пива или выпить кофе. Впрочем, посетителей в этот полуденный час было немного.

– Елка, я с ума сходил из-за страха за тебя, когда они выставили такую непомерную сумму! Я, конечно, нашел бы ее, но не сразу, не в один день. И мне надо было осмотреться, оценить ситуацию, приобщить своих людей.

А ты представляешь, что бы эти разбойники сделали со мной в тот день, когда ты наколол их, оставил с пустыми руками? Если бы не Матвей, который утащил меня буквально у них из-под носа, я бы сейчас не пила здесь кофе.

– Матвей слишком рисковал, дорогая. Из-за его поспешности действительно могло произойти непоправимое. Все обернулось хорошо по чистой случайности. Мои люди десять раз все просчитают, прежде чем действовать.

– Но твои люди не сумели дать урок Алексею?

– Да, он скрылся, мерзавец. Но от меня не уйдет. Дай время.

– Времени у нас, Игорь, не так уж много. Алексей исчез, но люди, заинтересованные в захвате моей галереи, остались. Ты же не думаешь, что угроза миновала?

– Я поговорил с директором нормалистов. Он, разумеется, открестился от мероприятия с твоим похищением. Коровец не пойдет на открытый криминал: этот молодой человек очень дальновиден. Сейчас он стремится встроиться в легальный бизнес. Я не удивлюсь, если снова взыграют его политические амбиции, но уже на иной основе. Вначале капитал, потом власть!

– Игорь, ты не ответил на главный вопрос: ты возьмешься руководить галереей?

– Тут много вопросов, Елка. Ты знаешь, у меня иной подход к этим вещам. Галерея должна приносить прибыль.

– Но я смогу сохранить общественную библиотеку, мастерскую Ренаты и ее кружок? И хотелось бы устраивать выставки молодых художников тоже бесплатно.

Игорь рассмеялся:

– Хитрюга. Хочешь, чтобы все оставалось по-прежнему, а я охранял это. Но я не настолько альтруист и не так стар, чтобы полностью отдаться благотворительности. Мы должны искать таланты среди молодых, привлекать зрелых мастеров, чтобы их работы увидели иностранцы и состоятельные русские. Надо установить связи с покупателями за рубежом.