— Бухгалтерия? — удивился он. — Серьезно?

— Да. Я знаю, это звучит довольно скучно…

— Эй, я не имел в виду…

— …но мне понравилось. Дебет, кредит. Убедиться, что все на своих местах, что счета в балансе.

Нэйт улыбнулся.

— Отлично. Тогда иди на курсы. У тебя есть время днем и…

Я рассмеялась.

— Э, нет. У меня заканчиваются деньги. Мне нужно найти работу.

Нэйт потянулся через стол.

— Я поддержу тебя. У меня еще есть немного денег, которые оставил мне дедушка, и…

— Послушай, Нэйт, я…

— Позволь мне сделать это для тебя, Эбби. Пожалуйста. Я хочу.

Я посмотрела на него.

— Я подумаю об этом. Дай мне немного времени.

— Хорошо. — Нэйт отправил кусок тоста в рот, стараясь не ухмыляться.

Как оказалось, «немного времени» — это несколько недель. Сосед Нэйта помог мне найти работу бухгалтера начального уровня в компании «Хоскинс Иншуранс», где кипучая девушка по имени Оливия, взглянув на меня, заявила, что мы станем лучшими подругами. Пять дней спустя я записалась на вечерние курсы в Институт дипломированных бухгалтеров, что звучало настолько шикарно, что я повторяла это про себя шепотом.

Внезапно следующие несколько лет оказались для меня расписаны — ситуация одновременно новая и пугающая, но в то же время успокаивающая. Я начала принадлежать себе.

Когда я готовилась к вечеру первого занятия, размышляя, надеть ли мне юбку или брюки, в спальню вошел Нэйт. Он протянул большой пакет, завернутый в бело-зеленую полосатую бумагу, что делало его похожим на гигантскую мятную конфету.

— С первым днем в институте, — объявил он.

— Что это? — Я взял подарок и сжал его, пытаясь угадать, что внутри.

Он усмехнулся.

— Открой и посмотри.

Я разорвала бумагу, обнаружив под ней королевскую синюю коробку.

— Что это? — повторила я, смеясь, когда с трудом открыла крышку, затем отодвинула белую папиросную бумагу в сторону. — Что у тебя… вау. — Мои пальцы прошлись по гладкому портфелю из коричневой кожи, скользнули по латунной пряжке.

— Я подумал, тебе не помешает что-то, необходимое для занятий. — Нэйт потянулся за ремешком и надел портфель на мое плечо, кивнув одобрительно. — Тебе идет. Определенно не яппи, но и не ботаник. Идеально.

— Спасибо, Нэйт. — Я обняла его, потянувшись к его губам своими.

— Не за что, — прошептал он, когда я отстранилась. — Почему бы тебе не заглянуть внутрь?

Я нахмурилась.

— Подожди. Ты ведь не подарил еще и ручку, которая мне понравилась на днях? — Я открыла сумку, засунула руку внутрь и порылась там. — Она стоит целое состояние и… — Оставшаяся часть моего предложения замерла в горле, когда мои пальцы сомкнулись на маленькой коробочке, зарытой на дне.

Когда я снова посмотрела на Нэйта, он стоял на одном колене и с улыбкой смотрел на меня. Он осторожно вытащил мою руку из портфеля и разжал пальцы, раскрыв на моей ладони зеленую бархатную коробочку. Медленно открыл ее. Мое сердце заколотилось, а в горле пересохло, когда я уставилась на лежащее внутри обручальное кольцо с солитером, сверкающее, как маленький лучик золотого солнца.

— Эбби, — сказал Нэйт, его глаза ярко блестели, — я знаю, ты можешь подумать, что это немного неожиданно. Но я чувствую, что это правильно. Я знаю. — Он сглотнул. — Я так сильно тебя люблю. Ты выйдешь за меня замуж?

Я не могла двигаться. Не могла говорить. Этого не должно было случиться. Я этого не заслуживала. Я не заслужила счастья. Но теперь Нэйт, человек, который видел меня в самом худшем состоянии, поддерживал и заботился обо мне, не требуя ничего взамен, хотел провести со мной остаток своей жизни. Нэйт не отступал от меня, даже когда я давила, отталкивала, наступала и дергала каждую из его кнопок и рычагов, которые обнаружила с момента нашего знакомства.

Я смотрела на его волосы, которые он так и не смог приручить, голубые глаза, сверкавшие, когда он рассказывал анекдот, мягкие губы, целующие меня всякий раз, когда хотела спрятаться от всех.

Я не просила и не ожидала, что он влюбится в меня. Я даже не думала, что когда-нибудь буду чувствовать то же, что и он, или кто-то другой. Это не та взрывная, всепоглощающая, страстная любовь, которую я испытывала и до сих пор испытываю к Лиаму. Ничто никогда не сможет приблизиться к этому. Это случилось один раз в жизни и никогда не повторится.

Чувствовала ли я вообще любовь к Нэйту? Возможно. Во всяком случае, что-то похожее. Он был терпеливым, любящим, заботливым. «Но он же не Лиам, правда?» — шептал маленький голосок в моей голове, и я отталкивала слова. «Терпеливый, любящий, заботливый, — повторяла я про себя. — Терпеливый, любящий, заботливый». Нэйт никогда не делал ничего плохого. Он всегда хотел сделать все правильно.

— Эбби, — прошептал Нэйт, глядя на меня с поднятыми бровями. — Скажи что-нибудь?

Его любви хватит на нас обоих; он говорил это не раз. То, что я чувствовала к нему, возможно, не было любовью, не совсем. Но, конечно, что-то близкое? И я не хотела остаться одна. У меня не осталось семьи, поняла я, стараясь не дрожать при мысли об одиночестве, пробирающемся по позвоночнику. Нэйт стал всем, что у меня есть.