— А Марина говорит, что вы уже начали готовиться к свадьбе! — продолжала надрываться моя бедная мамуля.

— Не знаю, к чему готовится она, но лично я ни к чему не готовлюсь…

— Вот и правильно! — обрадовалась мамуля. — Зачем такая спешка? Надо приехать к нам, познакомиться с отцом и матерью невесты и невесту представить своим родителям…

Ой, мамуля рассуждает так, как прописано в её любимых романах. Я ко всяким таким традициям отношусь спокойно. Бывает, все перезнакомятся, и жених ухаживает за невестой долго и по правилам, а живут потом кое-как. Взять вон хоть мою Эльку. А бывает, забегут вдвоём в ЗАГС, распишутся по-быстрому, и до старости воркуют, словно голубки. Так что соблюдение традиций — это не показатель. Другое дело, что было бы странно выходить замуж, когда человека толком не знаешь и, кроме уважения, ничего к нему не испытываешь. Да и человек, в данном случае Мельников, не выглядит влюблённым. Тогда к чему весь этот цирк?

В общем, дело закончилось тем, что мы втроём — мамуля, Марина и я — стали разговаривать по скайпу.

— Светка, ты что её отговариваешь? — напустилась на мамулю Марина. — Ты бы видела, какой это классный мужик! Умный, красивый, богатый… Да-да, между прочим, денег ещё никто не отменял!

— Богатый — это ужасно! — закатила глаза мамуля. — Они все порочные. И попадёт моя девочка в логово Синей бороды…

— Ты в каком веке живёшь?! — возмущённо воскликнула Марина. — Совсем обалдела от своих книжек! Лишаешь девку такого шанса…

И всё в подобном духе. Скоро я поняла, что мне там делать нечего и потихоньку слиняла. А они, похоже, и не заметили.

От встреч с Мельниковым я не отказывалась. Мне хотелось его получше узнать. А вдруг и, правда, в нём что-то есть? Виделись мы нечасто, потому что он, понятное дело, ужасно занятой. Но с каждой встречей я открывала в Мельникове для себя что-то новое. Босс был большой интеллектуал, знал кучу всего разного, да к тому же оказался прекрасным рассказчиком. Мне с ним было интересно — вот, пожалуй, главная характеристика моего к нему отношения. Кому как, а для меня это важно. Узнавать новое, иметь возможность поспорить, в конце концов, поюморить, понимая при этом шутки друг друга… Оказалось, что мы с ним на одной волне. И скучно нам не будет. А это, согласитесь, немало.

— Алиночка, а как насчёт моего предложения? — спросил босс во время одной из наших встреч.

— Какого? — я не сразу поняла, о чём он.

— Вы выйдете за меня замуж? — напрямую спросил Мельников.

Эх, была не была!

— Да… — слабо пискнула я. — Только надо обязательно познакомиться с родителями…

— Конечно, — улыбнулся он и, наконец, обнял меня.

А что! Нормально. Во всяком случае, ничего ужасного я не почувствовала. И вдруг он властно повернул мою голову и поцеловал в губы. Я оторопела. Мой главный босс, которого большинство сотрудников видят лишь на экране телевизора или в интернете, так вот запросто приложился к моим губам! Хотя, что здесь такого? Надо привыкать. Ведь поцелуй — это самое невинное из того, что нам предстоит. И, кстати, он тоже не вызвал у меня отвращения. Я, конечно, не воспламенилась, как спичка, но и сплюнуть желания не возникло. Может, потом воспламенюсь? Как он сказал, в процессе? Мельниковский запах — тонкий и брутальный — меня тоже не отталкивал. Я уже говорила. И к нему придётся привыкать — всё же будущий муж. Ой, что же я наделала! Только сейчас до меня стал доходить смысл происходящего.

— Твои родители живут в Нижнем Новгороде? — спросил босс, перейдя на «ты».

Действительно, сколько можно «выкать»? Вряд ли после любовных утех мы с ним останемся на «вы».

— Да, — кивнула я.

— Попроси их, пожалуйста, прилететь в Москву, — сказал мой будущий муж, словно дал распоряжение. — Мы все пойдём в ресторан и там познакомимся. Дорогу и проживание в гостинице я, естественно, оплачу. А то у меня совершенно нет времени лететь в Нижний.

Ну, начинается! Но придётся подстраиваться. Отныне такова моя планида.

— Хорошо, Николай Сергеевич, — я скромно потупила глазки.

Он вдруг расхохотался.

— Ты и в постели будешь называть меня по имени-отчеству?

Ну, это он зря. О постели-то упомянул. Я и так не в своей тарелке.

— Не могу пока… — призналась я. — А как к вам обращаться?

— Не к «вам», а к «тебе», — назидательно проговорил Мельников. — Когда мы вдвоём, конечно. А при подчинённых — по имени-отчеству.

— Понятно… — я сидела, не поднимая глаз.

Что же это за ступор такой! Ничего себе, будущая жена!

— А дома можешь запросто — Коля, Колян…

Что? Колян? Я не ослышалась? Представляю, как обалдеют офисные девицы, когда с утра приду и скажу этак небрежно: «А мы с Коляном вчера были на премьере». Вот переполоха наделаю!

— Кстати, о твоей работе… — он, словно, уловил мои мысли. — Думаю, незачем тебе туда ходить.

Здрасьте приехали! Я, можно сказать, только начала свою трудовую деятельность, и вдруг увольняться.

— Почему? — я вскинула на него глаза.

— Ну, в самом деле, жена Мельникова будет сидеть среди остальных сотрудников… — усмехнулся он. — Да тебе и самой будет некомфортно.

— Но я не собираюсь сидеть у вас на шее! — воскликнула я.

— Опять? — в притворном гневе сдвинул брови мой будущий муж. — Как нужно сказать?

Ей-богу, он обращался со мной, как с несмышлёным ребёнком.

— Вы… ты… какая разница! — с обидой воскликнула я. — Не хочу сидеть у ТЕБЯ на шее.

И не желаю, чтобы за меня всё решали!

— Вот умница, — улыбнулся он. — Твоё стремление к самостоятельности похвально. Но я знаю, о чём говорю. Правда, Алиночка, очень скоро ты убедишься в моей правоте. На старом рабочем месте тебе будет ужасно неловко. Но давай отложим этот разговор. Обсудим потом.