Я смотрю вниз на его руку, но не делаю движения, чтобы взять ее в свою. Я достаточно слышал об этом куске дерьма, чтобы понимать, что этот визит будет каким угодно, только не приятным, и что шансы на то, что Делейни знает, что он здесь, ничтожны. Зейн усмехается у меня за спиной и не может скрыть своего веселья.

— Что я могу для тебя сделать, Тристан?

Он прищуривает глаза от моего вопиющего неуважения. — До моего сведения дошло, что вы с моей дочерью стали чем-то вроде пары.

— Черт. Слухи здесь распространяются быстро.

— Да, без обид, но отношения между тобой и Делейни — это не те отношения, которые я могу поддерживать. Может, вы и преступник, но, похоже, вы достаточно умны, чтобы понимать, что вы двое воспитаны в двух совершенно разных семьях. Ни при каких обстоятельствах вы двое не принадлежите друг другу.

Я закатываю глаза. — Тогда хорошо, что твое мнение ни хрена не значит, не так ли? На случай, если вы не заметили, вашей дочери восемнадцать лет, и она полностью взрослая с вашего согласия.

Он поворачивается и лезет в свою машину, вытаскивая портфель. — Я не думал, что вы послушаете меня без какой-либо компенсации, поэтому я готов предложить вам наличные. Все, что тебе нужно сделать за двадцать пять тысяч долларов, это просто — держаться подальше от Делейни.

Открываю портфель, и от вида такого количества двадцатидолларовых купюр у меня кружится голова. Я снова смотрю на ее отца, удивляясь, как кто-то может быть настолько осуждающим, что готов потратить такую сумму денег, чтобы избавиться от парня своей дочери. Это отвратительно, но, черт возьми, что я мог бы с этим сделать.

— Что бы я ей сказал?

Он пожимает плечами. — Что у тебя изменилось сердце. Что тебе не нужна девушка. Что ты понял, что ты гей. Говори ей все, что хочешь, просто держись от нее подальше. Делейни умна, и весь мир у ее ног. Ей не нужно, чтобы кто-то вроде тебя пришел и все испортил для нее.

Я медленно киваю, прежде чем забрать у него портфель. — Я понимаю ваше беспокойство.

— Я надеялся, что ты это сделаешь. — Он поправляет пиджак и обходит машину со стороны водителя. — Спасибо тебе за то, что не усложняешь это больше, чем нужно. Ты хороший человек.

Когда он отъезжает, я поднимаю руку и провожаю машину. Зейн подходит, чтобы встать рядом со мной, и смотрит на портфель в моей руке.

— Итак, это все? Больше никакой Делейни?

Я хихикаю, качая головой. — Черт возьми, нет, но теперь у меня есть его деньги и его дочь.

Мы вдвоем садимся в машину, и я вытаскиваю свой телефон из кармана.

Нокс: Привет, детка. Мы идем в закусочную. Хочешь присоединиться к нам?

Глава 16

ДЕЛЕЙНИ

Я иду по переполненному коридору, отказываясь признавать мудака, следующего за мной. Саванна встречает меня у нашего шкафчика, и я быстро меняю свои книги. Она точно знает, что я делаю, и ни разу не попыталась остановить меня.

— Давай, — умоляет Картер. — Я сказал, что сожалею. Ты не можешь игнорировать меня вечно.

Сев издевается. — Ты буквально набросился на ее парня. Я думаю, что она может.

— Технически, я набросился на парня, которого ненавидел годами. Ее свидание с ним не имело к этому никакого отношения.

Наконец, я захлопываю шкафчик и поворачиваюсь к нему лицом. — Чушь собачья. Не надо мне этого. Вы двое годами сосуществовали, и ничего подобного не происходило, но в ту секунду, когда он получает то, что ты хотел, ты становишься Рэмбо. — Уайатт пытается скрыть свое веселье, что только привлекает мое внимание к нему. — Над чем, черт возьми, ты смеешься? Ты тоже в моем списке дерьма.

— Я? Что я сделал?

Мои брови поднимаются. — Как будто он мог бы сам подделать мой номер. Ты так же виновен, как и он.

— Ой. — Джейс кладет руку на плечо Уайатта. — Это отстой, чувак.

Он отталкивает его. — Заткнись.

Не уделяя им больше ни секунды своего времени, я разворачиваюсь и иду в класс. То, что сделал Картер, было нелепо и неуместно. Ему нужно будет сделать гораздо больше, чем извиниться, чтобы вернуть мою благосклонность — если это вообще возможно.

***

К тому времени, когда школа заканчивается, я вымотана. Если бы не эссе, которое мне нужно написать к завтрашнему дню, я бы вздремнула, как только добралась бы до дома Нокса. К сожалению, это не вариант.