А вместо самого Валерьяна – кучка пепла в том месте, где, как оказалось, его добили соединённые усилия двух магов, Асканио – и кого-то второго, никто не знал, кого. Все пришлые были посчитаны, а местные не сознавались. И день начался с того, что отпевали тех, кого можно было отпеть, а кучку пепла развеяли над волнами, и для того едва стоящего на ногах мага Асканио вывезли на лодке в открытое море. Но он сказал, что это необходимо – чтобы тварь больше не вернулась.

Значит, сделать, как нужно, и пусть не возвращается.

43. На всю улицу веселье

43. На всю улицу веселье

Новоселье мы собрали буквально из ничего и на коленке. Зато – реально всем миром.

После эпической битвы и похорон молчали, сидели, как пришибленные, не могли разойтись – тем самым составом, которым бились. Ровно до тех пор, пока генерал не поднялся с лавки и не сказал громко:

– Госпожа маркиза, мне кажется, что все мы злоупотребляем вашим гостеприимством. Позвольте сейчас откланяться, и прислать к вам людей, которые позаботятся о ваших нуждах.

– Каких ещё нуждах? – не поняла я.

– О припасах и прочем. Господа, подъём, - кивнул он своим.

Те поднялись. Полковник Трюшон держался на ногах плохо, но держался. Северин уже вполне оклемался – бегал только в путь. Асканио ходил медленно и смотрел волком на Дуню, вот ведь вредное существо. И не позволил ей никак себе помогать, только фыркал. Платона Александровича, в себя пришедшего, но на ногах не стоящего, утром унесли в дом Филимошки Рыжего, рядом с домом Васильчиковых, где тот обретался, не имея собственного дома, да и не испытывая в нём нужды, как я поняла. И мы остались нашим женским царством – Марья, Меланья, Дарёна, Настя. И коты. И я.

Впрочем, не успел отбыть генерал, как сверху с помощью Северина прислали куль муки, и разом с ним тамошнего интенданта. Капитан Огюст Дрю, парень лет тридцати, был высок, тощ, черноволос и кудряв, он неуклюже поклонился, а потом сказал:

– Госпожа маркиза, мне поручено провести ревизию ваших припасов и доложить, чего недостаёт.

Вот так, значит, доложить.

– Пойдёмте, молодой человек.

Ну что, осмотрели наши запасы, потом Дарёна с Настёной сводили его поглядеть на куриц и поросят, а потом он сообщил, что всё понял, генералу доложит, но, по его мнению, просто нужно переправить сюда некую часть того, что есть наверху. И договориться, чтобы часть рыбы, которую по договору поставляют наверх, просто сразу же несли сюда, и всё.

В целом меня это устраивало, я поблагодарила расторопного молодого человека, и передала благодарность за заботу генералу. И пригласила господина капитана на новоселье. Тот чуть в обморок на месте не упал – как же, сама маркиза дю Трамбле пригласила его в свой дом, пусть этот дом и вовсе не дворец, и находится где-то на краю света.

Дальше думали с забежавшей на огонёк Ульяной – кого пригласить и как им всем передать.

– Так не беспокойся, передам. Все узнают, кому надо.

– И пусть приходят в первую очередь со съестным, - добавила я. – Потому что нашими усилиями мы всех накормим, конечно, но потом сами на бобах останемся.

Вообще в девяностые и нулевые мы все ходили друг к другу в гости с чем-нибудь к чаю, и даже самые пропащие приходили с каким-нибудь печеньем или шоколадкой. Так что – ничто не ново под луной.

Ульяна вышла на двор, что-то там делала – в одиночку, прошу заметить – и довольно скоро вернулась, сообщив, что дело сделано. Я подивилась про себя, но ни о чём спрашивать не стала. Будет нужно – узнается ещё.

Вообще, конечно, можно было и майонез сделать самим, и салаты им заправить, и ещё кое-что… но времени уже в обрез. Поэтому – чуть позже. Завтра мы просто показываем, что сделали из пустого захламлённого дома, населённого нежитью, а всякие вкусности и разносолы у нас ещё впереди. Зима длинная, чует моё сердце, ещё не раз будем гостей собирать. Пока же просто поставим тесто на пироги, да побольше.

А вечером затопили баню – впервые, раньше руки не доходили вот совсем. С удовольствием вымылись, да баннику пара оставили, всё, как полагается.

К слову, я случайно узнала, что некоего нашего домового прикармливает Меланья. Мол, пока нежить в доме была, он уходил, прямо как коты, а теперь вернулся. Ну, я вечером тоже налила собственноручно молока в блюдце и призвала «батюшку-домового». Утром блюдце нашли не просто пустым, но прямо вылизанным, и я не стала спрашивать Васю с Мусей, кто именно это сделал. Так здесь положено – значит, будем делать и мы.

А наутро в дом набились помощнички.

Ульяна пришла самой первой, мы ещё только чай пили, и с шутками да прибаутками подняла всех на ноги и организовала. Потом подтянулась Пелагея – и привела мальчишек, которые, всё же, ночевали у неё в доме, и мне пока было некогда бороться. Может, и ладно? Поглядим, в общем. Пока же они с готовностью отправились колоть дрова.

К вечеру мы сварили много рыбной похлёбки и много картошки, напекли пирогов с разными начинками, нарезали всякой закуски. Рыбы нам доставили в течение дня от нескольких адресатов, пожелавших остаться неизвестными – свежей, солёной и копчёной. Свежая ушла в уху, остальную красиво разложили на блюда и выставили на стол. Наварили морсов - с мёдом и кисленьких.