Тогда ладно. Там помощь не требовалась. Женщины из криминальной семьи Тоскани явно не были похожи на типичных принцесс мафии, которых он знал за годы работы в этой структуре.

А как насчёт Фрэнки? Он подбежал, чтобы помочь, но тот отмахнулся от него:

— Господи Иисусе. Разве ты не можешь выполнить простой приказ? Отведи Грейс и девочек внутрь.

— Не убивай их, — крикнула Грейс, когда Фрэнки с тошнотворным треском столкнул головы двух парней. — Тот, что слева — это Дино Форзани. Он должен был защищать меня.

Фрэнки поднял глаза на звук её голоса. Майк мог сказать по его взгляду, что силовик был в трансе. Майк был в таком состоянии один или два раза. Это был чистый инстинкт. Убей или будешь убит. Два чувака, стонущие у его ног, не собирались выбираться из переулка живыми.

— Рокко. Я в порядке. Пожалуйста. — Грейс подошла прямо к нему, как будто не понимала, что парень перед ней — машина для убийства, которая может причинить ей боль, если она не уберётся с его пути.

Один из двух других нападавших воспользовался тем, что Фрэнки отвлёкся, и разбил доску о голову Фрэнки. Грейс закричала, и Фрэнки опустился на одно колено. Единственный охранник, оставшийся стоять, бросился к бандиту с доской и выхватил её у него из рук.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Майк не знал, что делать.

— Иди позови других охранников. — Он подтолкнул Мию и Габриэль к двери, молясь, чтобы они вошли внутрь. К счастью, на этот раз они ушли, и он повернулся, чтобы помочь Фрэнки, который уже встал и набросился на чувака, посмевшего ударить его доской.

— Грейс. Ну же. Заходи. — Майк открыл дверь и вошёл внутрь, махнув Грейс, чтобы она присоединилась к нему.

Он услышал звук шагов. Вой полицейской сирены. Вспыхнули красные огни, на мгновение ослепив его. Он вдохнул аромат летнего солнца, смешанный с сырым запахом крови и несвежей мочи из переулка. А потом он услышал мягкий голос Тиффани.

— Всё в порядке. Я позвонила в полицию.

Глава 19

— Как ты можешь быть таким спокойным?

Грейс посмотрела на Рокко, откинувшегося на спинку скамейки рядом с ней, расставив ноги, заложив руки в наручниках за голову, как будто он развалился на скамейке в парке, а не в коридоре холодного, унылого полицейского участка, ожидая оформления и предъявления обвинения.

— Ну?

Когда она не получила ответа, она откинулась на спинку стула и попыталась унять дрожь в теле. Она была в порядке, когда прибыла полиция, просто потому, что не могла поверить, что её арестуют. В конце концов, они защищались, так что не сделали ничего плохого. Но когда один из полицейских зачитал её права с карточки и защёлкнул наручники на её запястьях, она поняла, что ей никто не поверил. Вот тогда-то и началась дрожь, и даже присутствие Рокко на сиденье рядом с ней не смогло её успокоить.

Это помогло бы, если бы он поговорил с ней. Сказал ей, что должно было произойти. В конце концов, его уже арестовывали раньше. Тюремное заключение было становлением для мафиози, и Рокко однажды рассказал ей о двух месяцах, которые он провёл в тюрьме после драки в баре.

Грейс, с другой стороны, никогда не была по ту сторону закона, и она была почти уверена, что судимость уничтожит все её шансы получить работу психолога. Она даже думать не могла о том, чтобы на самом деле отправиться в тюрьму. А что касается звонка папе в больницу…

Желчь подступила к её горлу, и она издала тихий стон.

— Успокойся, cara mia (*дорогая моя, итал., прим. перев.). — Рокко потянулся и сжал её руки, его наручники загремели, когда он двигался.

— О, ты можешь говорить. — Она пристально посмотрела на него. — Спасибо, что ничего не сказал в полицейской машине, когда меня чуть не вырвало от страха.

— Я зол. Разговор, который я хочу вести прямо сейчас, — это не те слова, которые ты хочешь услышать.

Не обращая внимания на гнев в его голосе, она продолжила, отчаянно пытаясь отвлечься от того факта, что завтра она может проснуться в холодной тюремной камере.

— Ты злишься на Майка за то, что он привёл с собой гражданскую? Я не могу в это поверить, когда она сказала полиции, что он всего лишь пытался остановить драку, а мы с тобой были зачинщиками. Что это была за дерьмовая история?

— Не знаю.

— Не знаю? И это всё? Мы можем попасть в тюрьму из-за её лжи.

— Не было бы проблем, если бы ты сделала то, что я, блядь, тебе сказал, и осталась внутри с Габриэль и Мией. — Челюсть Рокко сжалась, и он уставился в потолок.

— Что? — Она в шоке уставилась на него. — Это твой способ сказать спасибо? Если бы мы не последовали за вами, было бы шесть к одному, а затем шесть к трём, когда прибудут охранники. Ты мог бы быть мёртв. Они тебя подставили. Эти парни ждали снаружи. Я знаю, что ты хороший…

— Мог бы справиться с этим, не вспотев.

— Но…

— В следующий раз я скажу тебе оставаться внутри, — процедил он сквозь зубы. — Ты останешься нахрен внутри. Так это защитит тебя. Вот как это работает.

— О, действительно. — Она пошевелилась, чтобы сложить руки на груди, но потом поняла, что не может, поэтому для пущего эффекта хлопнула скованными руками по коленям. — Если я подумаю, что ты в опасности, я приду тебе на помощь. Я человек целитель. Вот как это работает.

— Я не видел особого исцеления, когда ты пнула того парня по яйцам, — фыркнул Рокко от смеха.