Хлопок выстрела прозвучал где-то очень далеко, уже совсем из другой жизни. Звук молнией пронёсся в голове, отзывался многократным гулким эхом. Перед глазами Парфёна вспыхнуло красное облако на фоне голубого неба. Кровавая дымка вылетела из башки офицера спецподразделений. Тело урода крутануло вокруг собственной оси, и он рухнул на землю, взмахнув на прощание когтистой культей. Танкист повалился на спину в противоположную сторону.

Прежняя жизнь возвращалась в сознание Малёшина не спеша. По бездонному синему небу плыли безмятежные облака, которым было совершенно всё равно, что происходит там внизу. Жирная муха прожужжала над лицом и улетела. Антонина всё ещё смотрела в снайперский прицел. А Егор со всех ног бежал на помощь своему товарищу. Парфён сделал голубоокий вздох, как будто только что вынырнул со страшной глубины. Хоть сознание возвращалось, оно не давало никаких ответов о том, что, чёрт возьми, произошло. Егор поднял танкиста за подмышки и оттянул от мёртвого тела спецназовца подальше. Усадил на землю, сам присел на корточки рядом.

– Что это за хрень была?
– прохрипел Парфён, постепенно возвращаясь к жизни.

– Да мы толком ничего не поняли, - затараторил Егор, - всё так быстро произошло. Он плёлся, плёлся, потом бах! Одно мгновенье и он уже у твоего горла, готовый разорвать его зубами. Ты как?

Егор слегка пошлепал товарища по щекам. Парфён отмахнулся.

– Да всё, всё. Я в порядке. Они поднялись на ноги.

– Киношки говоришь?
– возбуждено спросил Шама.

На его лице читался страх и изумление одновременно. Они подошли к телу полковника. Тот лежал на животе, вытянув руку вперёд, как-то неестественно вывернув, то, что осталось от белобрысой головы.

– Тонька ему полбашки снесла, - заметил Егор, осторожно переворачивая ногой труп на спину.

– Не трогай ты его, - шепнул Парфён.

– Не думаю, что он ещё опасен,- Егор пнул тело сильнее.

Трупак перевернулся, как тряпичная кукла. Левой стороны лица практически не было, пуля превратила его в кровавое месиво, в затылочной части было только небольшое входное отверстие. Всё трое с интересом разглядывали мёртвое тело. Егор даже присел.

– С виду человек как человек, только когти и клыки, как у хищного зверя, - анализировал Мельников.

Шама поражённый событием, молча разглядывал субстанцию из мозгов, остатков кожи косточек черепа и крови вместо лица полковника.

– Да он же улыбался когда шёл к нам, - медленно выговорил шаман, - типа «не бойся меня, я мирный».

Парфён разглядел кисть мертвеца с кривыми острыми когтями, только сейчас он понял, то, что он принял за грязь, была на самом деле запекшаяся кровь и кусочки плоти.

– Вот уродина, - еле выговорил танкист.

– Ты чего не стрелял то, Рембо?
– усмехнулся Егор глядя на Парфёна, - субординацию побоялся нарушить?

– Сам не знаю, - пробубнил танкист, - он меня заколдовал как-то.

– Заколдовал!
– захохотал Егор в голос, задрав голову к небу.

– Да иди ты.

Парфён поднял свой «АК» с земли.

– Я тебе верю, - прошептал Шаман в поддержку танкиста, но тот уже не слышал его.

Малёшин медленно тащился к «ЛуАЗу», усердно потирая ладонью лоб.

Глава 10

Часть 1

Береговое 17. Секретная лаборатория

Митник уселся в кресло и набил трубку табаком. Неспешно с удовольствием раскурил её.

– Неее дыыымии - словно пенопластом по стеклу пронёсся звук по лаборатории.

Старый профессор повернул почти облысевшую голову в сторону клетки с массивными прутьями.

– Тебя это раздражает? Что именно дым или табак?

Громадный почти под три метра монстр, cкожей словно до зеркального блеска отполированный металл, пристально смотрел на него чёрными как смоль глазами.

– Запах. Неее дыыымии - снова поскрипел монстр.

– Потерпишь, - хмыкнул старик, - табак - это последнее удовольствие, что у меня осталось. Хотя должен признаться, удовольствия я практически не получаю, скорее черпаю его инстинктивно из воспоминаний.

Профессор глубоко затянулся и выпустил в воздух несколько колечек из дыма.

– Хочешь попробовать? Вдруг понравиться. Табаку много, - хихикнул он, предлагая трубку монстру в протянутой руке.

Монстр демонстративно отвернулся.

– Оооони ууужеее здееесь, нааадоо нааавееерх, - заскрипел монстр в стенку своей камеры..

– Вижу, вижу что здесь. Слишком много набежало. Ты их созываешь?

– Яяя

Монстр снова повернулся в сторону профессора.

– Ты говоришь всё лучше и лучше, чёртов засранец, - еле слышно заметил профессор, общаясь скорее с самим собой, чем с заключённым чудовищем.

– Выыпуусти, - проскрипел монстр и приблизился к самой решётке.

– Зачем? Сиди здесь со мной. А то мне скучно.