Однажды утром Альберт не явился на завтрак. Дарьяну это удивило. Расспросив Ефросинью, она узнала, что герцог находится на смотровой площадке, где девушка уже не раз бывала в сопровождении обходительного кавалера. Дарьяна поспешила туда. Альберт стоял лицом к морю и задумчиво глядел на пенящиеся волны. Крики чаек аккомпанировали плеску воды.

– Альберт, вы так печальны сегодня, – подойдя к мужчине, произнесла Дарьяна.

Он вздрогнул от неожиданности, так как в раздумьях не заметил девушку.

– Дарьяна… мне необходимо вам кое в чём признаться… – произнёс он.

У девушки отчаянно затрепыхалось сердце. Неужели её чувства взаимны? Она ожидала какого-нибудь эффектного признания в любви, но вместо этого получила поток ужасающей информации.

– Должен вам признаться, что я чудовище, – глухим голосом сообщил герцог, – и вам осталось жить до наступления ночи.

– Что? Как до наступления ночи? Какое чудовище? – пролепетала Дарьяна.

– Я оттягивал это признание до последнего, любезная барышня, – с горечью ответил мужчина, – хотел, чтобы вы наслаждались жизнью, а не страдали от мучительного ожидания смерти.

– Что вы такое говорите? – заволновалась девушка.

– Позвольте я расскажу вам свою историю, – попросил Альберт, – много лет назад была у меня невеста. Её звали Гретта Кауфман. Милая и добрая девушка. Я её любил. Гретта приехала вместе с отцом погостить в моём замке, когда состоялась наша помолвка. В замке была служанка Белинда. Симпатичная, но дерзкая девушка. Как выяснилось, она нанялась мне в услужение только затем, чтобы завладеть моим сердцем. На самом деле Белинда оказалась могущественной морской ведьмой, которой чужды милосердие и сострадание. Она склоняла меня к тому, чтобы я расстался со своей возлюбленной и женился на ней. Я категорически отказался. Тогда Белинда на моих глазах превратилась в отвратительную гигантскую змею. Она проникла в покои Гретты и, схватив её зубами, выволокла бедняжку через окно. Я до сих пор слышу, как кричит моя невеста, израненная ужасным монстром. Я видел, как змея размахивала головой над морской пучиной, а в пасти у неё отчаянно билась моя любимая. Ничего не успел я сделать. Чудовищная змея швырнула Гретту с огромной высоты прямо на рифы. Уже через несколько мгновений море в том месте окрасилось в кровавый цвет. На крики несчастной прибежал её отец, которого тут же постигла участь дочери. Я был вне себя от горя. Когда я увидел, что змея вновь приблизилась ко мне, я, терзаемый отчаянием и яростью, обнажил свой меч и кинулся на чудище. Но и представить себе не мог, насколько она могущественна. Змея своим жутким хвостом сбила меня с ног. Мои попытки нанести ей смертельный удар не увенчались успехом. Белинда играла со мной, как кошка с мышью. Наконец, когда я обессилел, она вновь приняла человеческий облик и спросила:

– Ну что? Теперь ты женишься на мне? Ведь препятствий больше нет, твоя невеста мертва.

Она жутко расхохоталась. Я же, собрав остатки сил, кинулся на неё и всё-таки нанёс удар мечом прямо в её поганое сердце. Но, к моему ужасу и изумлению, Белинда не только не скончалась, но и её рана моментально затянулась. Она злобно рассмеялась:

– Ты всё ещё сопротивляешься моей воле? Мерзавец! Но ничего, я порабощу тебя! Внимай же моим словам! Отныне каждое полнолуние я буду являться в твой замок. При моём приближении ты будешь превращаться в ужасного монстра. Все люди, которые в этот момент тебя увидят, будут переполнены страхом, которым я питаюсь. Я буду пожирать их ужас, а заодно и их жизнь. Выпивать её до дна. И никто не сможет им помочь!

Альберт вздохнул, помолчал немного и продолжил:

– Произнеся слова заклятия, Белинда вновь обернулась змеёй и сползла по стене замка в море. С этих самых пор каждое полнолуние она является в замок и заставляет меня превращаться в омерзительную тварь. Первыми её жертвами стали слуги, потом очередь дошла до жителей ближайшей деревни. Окрестности замка опустели, местность пришла в упадок. Нет больше нормальной жизни на побережье. Люди хотели бежать в другие регионы, но заклятие не давало им этого сделать, они неизменно возвращались сюда. К тому же ундинары, верные подданные Белинды, на закате выходят из моря и творят кровавые расправы. Я уже отчаялся найти выход, разве что море поглотит меня.

 Он устало провёл по лицу рукой. Дарьяна всё ещё не верила в услышанное, отказывалась верить.

– А как же старая Ирма и Ефросинья? – спросила она. – Почему их ведьма не трогает?

– Они из особого рода, – проговорил герцог, – их род очень древний, они в прошлом охотницы на ведьм. Они не чувствуют страха даже перед лицом смерти, поэтому пожрать их жизни Белинда не может.

– Значит, Ефросинья и Ирма родственницы?

– Да.

– Но тогда почему они не уничтожат её? Ведь вы же сами говорите, что они охотницы на ведьм.

– К сожалению, они не могут этого сделать, – вздохнул Альберт, – дело в том, что с возрастом представители их рода теряют свою силу. Умереть достойно им силы хватит, а вот умертвить столь могущественную колдунью нет.

– Но должен же быть какой-то выход! – воскликнула девушка.

– Я вижу выход лишь один, – мрачно отозвался мужчина, – выход только в моей смерти.

– Что?! – изумилась Дарьяна. – Что вы такое говорите?

– Дарьяна, – прерывающимся от волнения голосом произнёс Альберт, – вы должны ещё кое-что знать. Я не хочу, чтобы эта истина ушла со мной в могилу. Я вас люблю. Быть может, вас это мало заботит, но всё же я решил, что лучше вам знать об этом. Мне казалось, что никогда уже не придёт ко мне любовь. Но это случилось. Я смог снова полюбить. И теперь, зная, какая вам угрожает опасность, я готов пожертвовать своей жизнью. У меня созрел план. Не уверен, что он сработает, но всё же попытаться можно. Сегодня, как взойдёт полная луна и почувствую я приближение Белинды, мне ничего не останется, как только сброситься со стены замка на те же рифы, о которые когда-то разбились несчастная Гретта и её отец.

– Нет! Нет! Нет! – взволнованно возразила Дарьяна. – Это не выход! Так не должно быть! Вы должны жить!

– Дарьяна, разве это жизнь? Разве нужна мне такая жизнь? – горячо ответил герцог. – Поймите, я невольный соучастник убийств, монстр, обречённый на одиночество до конца дней. А вот вам жизнь ещё пригодится. Кто знает, может, с моей смертью чары развеются, и вы не только останетесь живы, но и сможете вернуться домой? Разве вы не хотели бы вновь оказаться в своей Москве, или как там называется ваш город?