— Ты подумала над моим предложением? — с порога перешёл к делу бывший жених.

— Я тебе сразу сказала, что и думать не собираюсь! Мой ответ — нет! — бросила я холодно, глядя в жабьи глаза.

Месяцев через пять после разрыва брачного договора сосед заметил, что животик мой так и не вырос, да и любовники под окном в очереди не стоят, и всё же догадался, что я просто грамотно его отбрила. И тут сэр Шерон вновь возжелал жениться! Но в этот раз действовать через отца он не стал, видимо, сообразив, что насильно от меня ничего не добиться, и я скорее оставлю его без мужских достопримечательностей, чем позволю принудить к браку.

И начался концерт, длиною в четыре с половиной года! Было всё: цветы, выброшенные в его физиономию, подарки, отправленные назад, предварительно упакованными в мусорную корзину, серенада под окном, закончившаяся вылитым на голову ведром воды, жаль, помои в доме не держим… Про приглашения в театры, оперы и рестораны я умалчиваю, ибо, даже не вскрывая конверты, бросала их в камин.

Последнее предложение поступило неделю назад. Дилан пообещал выплатить все мои долги за согласие стать его женой и, несмотря на категоричное нет, дал время подумать.

— Мелори, это глупо, ну к чему ты упрямишься? Зачем продавать всё имущество, когда можно просто выйти замуж и жить в достатке, не думая о деньгах? — прохныкал горе-ухажёр.

— Дилан, я уже неоднократно это говорила, но могу повторить ещё: я не продаюсь! Я выйду замуж лишь по любви!

— Да где ты её найдёшь, ты же из дома почти не выходишь? А я тебя люблю и буду любить за нас двоих…

Чёрт, как же он меня достал! Поднявшись с кресла, я вновь подошла к окну и, посмотрев на цветущий сад, с грустью вспомнила, что ровно пять лет назад в этот день начался самый счастливый месяц в моей жизни. Арка портала, неожиданная поездка с принцем, собственная комната в доме посреди леса и розовая кошка, с которой все эти годы я сплю, бережно прижимая к груди.

— А мне не надо её искать, она уже прочно заняла моё сердце, и в нём нет места для другого мужчины, Дилан, — прошептала я с болью. И тряхнув головой, прогоняя воспоминания, взяла себя в руки, громко продолжив: — Я не продаюсь, на этом точка! Нам не о чем больше разговаривать, прошу, покинь пока ещё мой дом!

— Спорное утверждение о «не продаюсь». У всего есть своя цена, возможно, у тебя она очень высока, тем не менее, и тебя можно купить, кукла!

От прозвучавшего властного голоса я на секунду зажмурилась и резко обернулась, встречаясь с холодным бирюзовым взглядом.

По телу волной прокатилась дрожь, с трудом переставляя совершенно негнущиеся ноги, я сделала два шага и тяжело опустилась в кресло.

МЕЛОРИ.

Ручка, зажатая в моих пальцах, подрагивала, пока я жадным, изучающим взглядом скользила по Лессу.

Изменился. Сильно изменился. Стал ещё выше, шире в плечах, исчезла подростковая худощавость и угловатость. Тёмно-синий пиджак с воротником стойкой, расшитый витиеватыми золотыми узорами и застёгнутый на все пуговицы, выгодно обрисовывал мускулистый торс. Ткань брюк, плотно обтягивая бёдра, лишь подчёркивала рельеф накачанных мышц. Метнулась к лицу, отметив, что волевой подбородок потяжелел, скулы чуть заострились, и без того колючий взгляд стал пронизывающим, словно он видит меня насквозь, знает все мои мысли. Завершали образ волосы… от короткой всклокоченной причёски ничего не осталось. Отросшая чёлка обрамляла лицо, доходя до подбородка, подхваченные на висках пряди, соединялись на затылке, не мешая густой синей массе струиться по спине, почти касаясь кончиками поясницы.

Во всём его облике — в подтянутой фигуре, бирюзовом взгляде, обманчиво расслабленной позе — сквозила такая подавляющая мощь, что сразу становилось понятно: с ним лучше не связываться! Уже не зверёныш — зверь, опасный, свирепый хищник!

Вот только у меня, как всегда при взгляде на него, дрожала каждая мышца, вовсе не от страха… от желания прикоснуться, стянуть мешающую одежду и прижаться губами к атласной коже, вспоминая её вкус и запах. Как же я по нему соскучилась, кто бы только знал!

Но что-то мне подсказывает, Дарем появился в моём доме не для того, чтобы узнать, как я жила все эти годы.

— Господин первый советник его высочества, чем обязана? — отвлекла я его от такого же пристального изучения моей внешности.

— Думаю, обращаться к будущему мужу можно не так официально, или ты забыла, как меня зовут, Мел? — ответил Дар, усмехнувшись.

Сев в кресло напротив меня и бесцеремонно вытягивая ноги, словно не заметив стоящего столбом Дилана, Лесс пнул его по лодыжке, отталкивая горе-ухажёра в сторону. Так, о чём он? А, это же надо вслух произнести!

— Какой будущий муж, что ты несёшь, Дарем?

— Вот, начинаешь соображать, имя уже вспомнила, глядишь, и остальное дойдёт! — протянул он с издёвкой, и бросил на стол, прямо перед моим носом, какие-то бумаги: — Читай!

Пребывая в полной растерянности, я листала скрепленные между собой бланки, заверенные королевской печатью и подписью, кто бы мог подумать, принца. Всё моё имущество было продано Дарему Лессу ещё до начала аукциона, в связи с тем что он предложил сумму вдвое больше заявленной. Скажем, удивило, но терпимо! Привело меня в ступор другое… Последний лист оказался брачным договором, к которому прилагалось письмо с пояснениями. Если коротко: раз в моём, очень старинном и ценном для нашего государства, роду не осталось мужчин, опека надо мной переходит к королевской семье. Побеспокоившийся обо мне принц, дабы не разлучать сиротку с родовым имением, предложил купившему его первому советнику на мне жениться, а тот… Милостиво согласился!!! Интересно, эти двое очень громко хохотали, когда сию писульку сочиняли?