— Я знал твоего отца. — Сказал он, ни приветствия, ни простого кивка головой, мне даже обидно стало на секунду.

В ответ я просто пожала плечами, как бы и что с того.

— Мы вместе с ним летали.

— Само собой, удивительнее было, если бы вы с ним плавали. — Немножко грубо, но он должен понимать, что здесь не место придаваться романтическим воспоминаниям. — Теперь это имеет уже мало значения.

— Для него да, но не для тебя. — Он сделал паузу. — Я хочу вернуть ему долг ему и это единственный способом сделать это — вытащить тебя отсюда.

Он залез во внутренний карман и достал большой конверт. Я подумала, что он хочет предложить мне деньги, уже собралась, было отказаться, но он достал из конверта большую фотографию, не одну целую стопку.

— Знаешь, что это? — спросил он. — Он когда-нибудь рассказывал тебе об этом?

На фото запечатлена безжизненная планета с незнакомым мне пейзажем. Я покачала головой. Нет, мне неизвестно это место, да и почему я должна знать это. Он не удивился, а просто показал мне следующее фото, явно та же планета, только немного другое место. На этот раз видны обломки космического корабля. Корабль, говорю, и что с того? Он терпеливо достаёт следующую фотографию. Тот же корабль, только с другого ракурса. И вот мне становится понятно, к чему он клонит. Но я отказываюсь верить. За всю жизнь я повидала немало кораблей, а на многих летала с отцом. Но в очертаниях этого корабля было что-то незнакомое. Вроде ничего такого, что могло бы явно свидетельствовать о его происхождении, но в нём чувствовалось, что-то чужое. Я не видела таких прежде, ответила я ему.

— Эти снимки сделал твой отец, когда тебя ещё не было на свете. Он передал их на хранение мне. — Мужчина кивнул в сторону стоявшего неподалёку пилота. — И ему.

— Вы хотите отдать их мне? — Я не могла понять, что он хочет от меня. — Спасибо, конечно, но не стоило ради такого пустяка тащиться в нашу дыру.

— Ты не понимаешь. — Он наклонил голову и посмотрел мне прямо в глаза.

— Не понимаю. — Согласилась я. — И по идее не должна понимать, пока мне доступно не объяснят.

Признаться, в первые минуты встречи эти двое не произвели на меня должного впечатления, мне они показались каким-то высокомерными, я сомневалась, что они друзья моего отца, скорее они походили на агентов Службы Безопасности. Только я не могла понять, что им то надо от меня и моего больного отца.

— Этот корабль сделан не людьми. — Сказал он совершенно без каких-либо эмоций.

Мне сначала показалась, что я ослышалась. Глупость какая-то.

— Хотите сказать, его сделали Цветки?

Он горько усмехнулся.

— Ты не считаешь их людьми? А как же Джон? — Так звали моего отца, и он был человеком, точнее он, став Цветком, остался человеком, причём намного более человечным, чем Хансен и Сермон вместе взятые.

— А кто же тогда построил его, если не люди? — Спросила, я, но ответ уже был очевиден. Комок застрял у меня в горле. — Неужели, нет, этого не может быть.

Меня забила мелкая дрожь. Он или издевается, или это очередной эксперимент, они проверяют мою стрессоустойчивость, не может ли стресс послужить стимулятором развития цветочной болезни. Других вариантов, особенно, такого, что этот человек говорит правду, у меня не было. Увидев моё состояние, он поспешил заговорить.

— Меня зовут Стэфан Тиори, я командир небольшого крейсера, мы стоим на стоянке возле станции, стоять будем недолго. — Стэфан указал на пришедшего с ним, — Он тоже друг твоего отца Эри Шраф, мой помощник, никто кроме него и меня не знает про эти фотографии. Конечно, ещё твой отец, но сама понимаешь.

Я молчала, не веря в происходящее. Это не может быть корабль, построенный нечеловеческой расой, если это правда, можно заново переписывать историю и делать новые прогнозы на будущее.

— Саббина, ты ещё до конца не понимаешь какую ценность, имеют эти фотографии, ценность не только для всего человечества, но и для каждого в отдельности. Вполне возможно этим существам известно лекарство от Цветочной болезни и не только. Может быть, РТВ-двигатели это самый медленный вид перемещения в пространстве.

Я так и не сказала ни слова, пока он говорил, говорил, говорил.

— Мы улетаем, Саббина. — Прорвались слова до моего затуманенного разума. — И мы хотим, чтобы ты отправилась с нами. Джон так хотел. На самом деле он ждал, когда ты подрастёшь, когда станешь достаточно взрослой, будешь в силах принимать решения самостоятельно.

Я согласилась, а кто бы отказался. Кто откажется от шанса прикоснуться к чему-то запредельно чужому, это не чужая авторучка, не чужой компьютер, это что-то из другого мира, абсолютно другого. Оно не наше, оно чужое. Но в то же время это единственное, что может нам помочь спастись и стать на ступень выше, как люди, как раса.

Там, на корабле, я и узнала какова моя роль в этой истории. Поскольку оба и Стэфан и Эри работали на Альянс, никто из них не мог незамеченным отлучиться на богом забытую планету в пятьсот третьем секторе. Поэтому решено было использовать меня. Они дождались, когда мне стукнет семнадцать и пришли ко мне с целью посвятить в тайну и сделать предложение, от которого не отказываются. Я должна была отправиться на эту планету и изучить останки корабля инопланетян, узнать как можно больше о них, если представится возможность вступить в контакт. Возможность этого не отрицалась, например, на корабле могли быть устройства связи, не вышедшие из строя, настроенные на ИХ частоту.