— Я так думаю, что ее уже не исправить, — Оскар приставил ружье к креслу и тяжело поднялся.

Мужчина прошел на кухню, что была продолжением гостиной, и достал початую бутылку виски из верхнего ящика. Он устало плеснул янтарной жидкости в чистый стакан и на секунду отвлекся на разложенные на столе бумаги. Он почесал нос и перевернул лист, хлебнув крепкого алкоголя.

— Наняли студентиков, уроды, — Оскар торопливо зачиркал по бумаге ручкой, — а мне разгребать.

Он перевел строгий взгляд на Феликса:

— Можешь идти.

Черный Коготь задохнулся от возмущения. Какой-то жалкий смертный смеет приказывать Альфе! В глазах Оскара не было страха или заискивания. На кухне под смешным абажуром с пластиковыми бабочками стоял глава маленькой, но крепкой семьи. Феликс поднялся и бесшумно подошел к мужчине. Он протянул правую руку, прижимая левой подушку к паху:

— Я не хочу быть врагом твоей семье.

Оскар сухо пожал ладонь гостя, который кинул быстрый взгляд на чертежи.

— Я бы на твоем месте заставил тут все переделать, — Феликс недовольно цыкнул и заскрипел шариковой ручкой, выводя красными чернилами быстрые пометки на выносках.

Оскар склонил голову, внимательно наблюдая за гостем.

— Бать, серьезно? — посреди гостиной стояла зареванная Ил. — Какого хрена?

Феликс поднял взгляд на девушку, облаченную в забавную пижаму желтый одуванчик. Она уверенно схватила ружье и направила его в лицо оборотня. Через мгновение истерично переломила двустволку, кинула ее на пол и капризно вскрикнула:

— Он даже не заряжен, бать!

— Не успел, — Оскар сделал спокойный глоток.

— Ну охренеть теперь! — она всплеснула руками и истерично кинулась по лестнице на второй этаж. — Мам, давай сюда свою жуткую пукалку!

— Доча, — Оскар вздохнул. — Это реплика.

— Да вашу ж мать! — взревела Ил.

— Это был блеф? — Феликс с медленно моргнул, вглядываясь в бесстрастное лицо усатого обманщика.

— Ага, — то пожал плечам и приложился к стакану.

— У меня нет слов, — мужчина поперхнулся, откладывая ручку.

— Я то же самое сказал, когда Ил обратилась у меня на глазах в розовую собаку, — Оскар пригладил усы.

— Волчицу, — с истеричными нотками отозвался Феликс.

— Теперь она фиолетовая, — глава семейства покачал головой. — Дебра пыталась ее полосами покрасить, как тигра. Или зебру. Я предлагал пятнами, но меня никто не послушал.

— Зачем? — прохрипел Феликс.

— Ты лучше спроси, зачем она хочет на выставку собак, — Оскар плеснул себе еще виски.

— Зачем? — просипел Феликс.

— Говорит, что уделает всех шавок и выиграет золото, — Оскар хохотнул. — Там приличный денежный приз.

— Это унизительно! — Феликс тряхнул головой и прошипел. — Никаких выставок! Вы совсем обезумели?

— Я предложил идти в ищейки, — мужчина оскалился в улыбке и пригубил бокал.

— Возмутительно!

— Но она отказалась, — Оскар разочарованно махнул рукой. — Как и от выставки, когда узнала какие там требования. Теперь подумывает в цирке выступать. Собакой-канатоходкой.

— Она умеет ходить по канату? — брови Феликса поползли вверх.

— Сказала, что научится, — мужчина зевнул и прикрыл рот рукой. — Думаю, завтра придумает что-нибудь другое.

Феликс не понимал опьяневшего Оскара. Он говорил жуткие глупости с серьезным лицом. Нет, ни один отец не позволит дочери быть цирковой собакой.

— Волчицей, — одернул сам себя Феликс и зашагал прочь.

Он вышел на улицу и под равнодушным ночным небом неторопливо оделся. Оборотень был растерян и подавлен. Во-первых, его как мальчишку одурачили, а, во-вторых, в нем проснулась симпатия к бесстрашной и чудаковатой семье.

— Проваливай! — Ил высунулась из окна второго этажа и окатила задумчивого Феликса ледяной водой из ведра. — Чучело мохнатое! И не подлизывайся к моему отцу! Образина подлая! Иди в свой лес и там закорючки рисуй!

— Позвони, если совсем тяжко станет, Фиалочка, — мужчина достал визитку из внутреннего кармана и подложил под горшок с геранью.

Под возмущенный рык Ил он тряхнул влажными волосами, одернул мокрый пиджак и зашагал к калитке.

— Урод блохастый!

Пластиковое ведро с грохотом приземлилось на дорожку позади Феликса, и он с наигранной улыбкой оглянулся на злую Ил.

— Я буду ждать твоего звонка.

— Правда? — девушка покраснела и тут же побледнела, заметив в глазах оборотня плохо скрываемую насмешку. — Ну и мудак же ты.

— Каков есть, — он толкнул калитку и скрылся во тьме.

Ричард решительно посмотрел на Томаса, в разных глазах которого горело неодобрение, но раз мать одобрила безумное решение младшенького сына, то старший не смел высказать "фи". Наверное, Белла уже устала от тоскливых подвываний Ричарда по ночам и от мертвых енотов в доме. Молодой оборотень справлялся с тоской через охоту на несчастных зверушек и жутко обижался, что семья не ценит его стараний.