В первый раз я видала её рыдающую. Уткнувшись мне в плечо, она горько расплакалась.

— Что же это такое, Софи? Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось! О, боже, я его люблю, я жду от него ребёнка! Будь проклята эта правда! Я уже выбрала! Пусть мне вернут Джейка живым! Только бы ничего не случилось!

Мы ждали. Тихо. Молча. Камила невидящими глазами смотрела в одну точку. Я успокаивающе гладила её по руке, и мысленно просила своего демона. Как в замедленной съемке дверь операционного блока медленно открылась. Вышел уставший доктор. Почему у всех докторов такие непроницаемые лица? Он остановился возле Камилы, покачал головой, задумавшись, сунув руки в карманы. Разве он не замечает, какими безумными и умоляющими глазами смотрит на него эта несчастная женщина?!

— Что?! — не выдержала я, трясясь от неопределенности.

— Он жив. Пуля прошла возле сердца, в каком-то миллиметре, но операцию он выдержал. Конечно, состояние тяжелое, но, думаю, пойдет на поправку. Будем ждать.

— Пустите меня к нему! Пусть он под наркозом, но я больше не выдержу! Я умоляю вас, доктор, разрешите мне побыть рядом с ним! — взмолилась Камила, перегородив ему дорогу.

— Только не долго.

Я ещё какое-то время постояла в одиночестве угнетенная этим местом и ошеломленная случившимся, затем, как бы нехотя, поплелась домой. С порога бросила сумку на столик, и не раздеваясь уселась на диван. Кайл уже был здесь. Стоял, глядя в окно.

— Это жестоко! — бросила я ему.

— Зато так лучше усваивается урок.

— Ненавижу это твоё равнодушие в голосе! Ненавижу это равновесие, эти безумные правила! Чудовищно, несправедливо и кошмарно!

— Это не равнодушие, тебе просто сложно меня понять, а мне сложно разобраться в твоих эмоциях. Когда ты в отчаянье и сбита с толку, мне тяжело нащупать в тебе любовь и это выводит меня из равновесия. Не нужно злиться — я должен был так поступить. Мне не доставляет удовольствия причинять тебе боль. Он поправиться. Этим я спас и тебя и твою любопытную подругу. Такова жизнь в этой зоне, у всех свои кубики перевёртыши. Если есть радость, то у этой радости существует обратная сторона. Если есть свет, то его обратная сторона — тьма. И так во всем. Одно и тоже событие одного заставляет плакать от счастья, другого рыдать от горя. Мир живых людей — это огромный кубик-рубик, который никто и никогда не сложит, так и вращаются разноцветные квадратики, — Кайл присев рядом, потянулся ко мне. — Скажи мне волшебное слово, чтобы я перестал сходить с ума. Меня пронизывают иглы твоих мыслей, но ведь я приклеен к тебе, мне невыносимо без тебя!

— Да, меня завалило ворохом эмоций, раздирает множество чувств, но «люблю» неизменно под всем этим скрывается, — прошептала я. — Не нужно сходить с ума. Мне только ещё чокнутого демона не хватало, хотя …ты и так ненормальный. — Я улыбнулась. Он тоже.

— Хочу немного поприставать к тебе с расспросами. Помучаю тебя немного, можно? Ответь мне кто такая Урсула? Ты упомянул это имя, когда поймал своей грудью предназначенную мне пулю.

— О!!! — недовольно проворчал Кайл, откидываясь на спинку дивана. — И угораздило же меня выбрать себе этого пронырливого большеглазого журналиста, которая одержима идеей разузнать все подробности! Зачем тебе это Софи?!

— Если мой мужчина демон, то я, хотя бы должна больше знать о нём!

— Ещё забыл сказать, что ты упертая. …Урсула это демоница, одна из семи. Древняя и очень могущественная. Она мне как бы сестра, но и не совсем так. Она, как я, была в числе вышедших из Истока. Это были её демоны, она в ярости от моего поведения. Если перевести на ваши понятия — я как бы обесчестил род, покрыл его позором и всякая такая чушь, которая смывается лишь смертью. Моей, стало быть. Она хочет меня уничтожить, но сначала тебя. Они просто думают, как это лучше состряпать. …Отвечу на следующий вопрос, жужжащий в твоих мыслях, — Кайл мученически вздохнул. — Исток — это сила творения. Из неё возникло существование наших миров, равновесие, души, жизни, частицы всего, что видимо, и что за гранью человеческого понимания. Из Истока возникло равная часть темных сил — семь демонов, и светлых сил — семь архангелов.

— А между ними детский конструктор, из которого вы все слепили этот иллюзорный мир! — вставила я. Кайл на это лишь усмехнулся с грустной иронией, и продолжил.

— Сгусток людских душ, который до сих пор вращается меж светлой и темной стороной, тоже вышел из Истока. Их количество меняется. Со временем обе стороны стали сами творцами душ, разрывая одни и творя новые. Исток как вспышка — возник и растворился во всех нас вместе взятых. Его энергия пронизывает все уровни. Это не бородатый дедушка бог, который сидит где-то там на небе. Это вид энергии, которую люди лишь пытаются изучить. Но законы этой силы неизменны с момента сотворения. Ты удивишься, но в хаосе есть порядок! И это можно применить к нейтральной зоне.

— Наверное это ваше равновесие больше похоже на качели, — произнесла я, — Вы весело качаетесь. Одни взлетают вверх, другие оказываются внизу и наоборот. Сейчас видно перевесили темные, раз в мире кругом столько всякой дряни.

— А вот здесь ты ошибаешься моя милая Софи. Равновесие не нарушено. Дрянь твориться в людских душах. Их амбиции и их выбор позволили раскачать этот мир. Кто-то когда-то придумал оружие, сделав свой выбор — стали гибнуть люди. Другая сторона равновесия, чтобы сохранить этот мир была вынуждена взять себе равное количество душ. Так начинались войны. И продолжаются, в принципе, до сих пор. Демоны и светлые приходят в этот мир, чтобы контролировать равновесие. Я знаю, ты думаешь, мы играем в пятнашки, может быть, это и можно сравнить с игрой. Но эта игра слишком многослойна и контролирует её основной договор между светлыми и темными. Обычно те из семи, кто вышел из Истока, появляются в мире серых душ, когда ситуация вышла из-под контроля, в моменты решающих схваток. В основном же здесь пребывают наши легионеры, которых уже создали мы. Темных легионеров ты уже встречала, да и светлых тоже, Эммануил, например. Но я древний демон и моё появление всколыхнуло обе стороны. Вслед за мной сюда явился архангел, он тоже один из светлой семерки. Скажу, что в этой уравновешенной вечности мы затосковали и стали уже воевать и друг с другом. Темные убивают светлых и наоборот. Нас ведь тоже много расплодилось. Но вот когда-то …я убил архангела. По земным меркам это было очень давно. Нас сейчас шестеро, а их пятеро. Вот они и пытаются сравнять счет. Дело в том, что он может убить меня лишь в этой нейтральной зоне. Вот так. Думаю, от рассказанного мною, у тебя вопросов возникнет ещё больше, от невообразимой мысленной каши, но тебе не нужно этого всего знать, Софи. Это не для человеческого мозга, я не хочу, чтобы ты свихнулась, и поэтому на некоторые вопросы я категорически не буду отвечать.

— Выходит, вы веками плели паутину этого мира, направляя эволюцию, создавая историю и орудия управления этим миром. Если так, то все святые личности, герои, все диктаторы и палачи это были лишь перевоплотившиеся силы сторон, светлые либо темные? И как ни крути — вы всё равно играли умами людей.

— Мы лишь предоставляли им выбор. Взять даже религию, светлые предоставили несколько вариантов очищать свои души. Для них не важно в какую церковь наведывался человек, для них главное его вера. Темные так же предлагают человечеству разнообразные пристрастия и пагубные пути — его воля выбирать или нет. Понимаешь, у человека всегда есть выбор, в этом суть. Стороны играют, а люди выбирают свою судьбу по велению души. Ещё один круговорот.