Вокруг уже кипела сеча, звенело железо, до меня доносились крики раненых, злобные ругательства и предсмертные крики тех, кто был повержен.

Словно из-под земли рядом со мной вырос противник.

Вот только он и сделать ничего не успел, так как, повинуясь моей команде, на него набросились Гери и Фреки. Судя по начавшейся возне и крикам бедолаги, собаки начали его рвать.

Еще один противник перелез через земляной вал. Проскользнул через рогатки, заорал как ненормальный и замахнулся топором, высоко подняв его над головой. Вот ведь, сволочь, не позволил мне уйти в режим берсерка!

Его топор уже летит в меня, но я отступаю в сторону.

Он промахнулся, его топор рассек воздух и уткнулся в землю.

Я не теряю времени, бью прямо по его руке, пока он пытается вытащить топор, вошедший по самую рукоятку в промерзшую твердую землю.

– А-а-а-а!

Противник резко распрямился, держа прямо перед лицом культяпку, из которой обильно бьет кровь.

Его крик прервался после того, как мой топор расколол ему череп.

Кто-то толкнул меня в плечо. Я поворачиваюсь и вижу одного из наших молодых воинов, которого теснит тип с бешеными глазами, размахивающий своими топорами, словно сумасшедший. Молодой принимает его удары на свой щит один за другим, но не может, не успевает ответить.

Противник совершенно не замечает меня. Его бешеный взгляд направлен лишь на молодого воина, он колотит в щит так, будто бы именно щит является его врагом. Ну что же, его проблема – в бою следует смотреть по сторонам и не зевать.

Я просто врезаюсь плечом в сумасшедшего, он тут же теряет равновесие, падает на землю.

Но, стоит отдать ему должное, оружие из рук он не выпустил. Упал на колени, уперся руками в землю и пытается подняться.

Но молодой, получивший передышку, не позволил ему это сделать.

Прежде чем сумасшедший успел поднять голову, ему на темечко опускается топор молодого. Готов!

Молодой воин довольно улыбнулся, повернул голову ко мне, кивнул и сказал:

– Ярл, спасибо, что…

Договорить он не успел – его голова слетает с плеч, а тело, отправленное вперед мощным пинком, летит на меня.

Я отскакиваю в сторону, и обезглавленное тело падает на землю. Из страшной раны на шее хлещет кровь, заливая землю. Убивший молодого здоровенный воин довольно ухмыляется. Он явно что-то хочет мне сказать, но в последний момент передумывает и просто бросается вперед.

У него в руках здоровенная секира, которой он, широко размахнувшись, пытается меня располовинить.

Да хрен тебе!

В таких случаях я просто ухожу в сторону.

Но эта сволочь в последний момент меняет направление движения. Только что его секира летела строго вниз, а теперь двигается по диагонали.

Я подпрыгиваю, стараясь поднять ноги как можно выше. Черт подери! Вот сейчас бы провалиться в режим берсерка не помешало бы. Да некогда…секунда заминки будет стоить мне жизни…

Я приземлился прямо на секиру противника, прижав ее к земле. Враг попытался освободить оружие, но не тут-то было! Вес моего тела не позволил этого сделать.

Мужик удивленно уставился на меня, все еще держа свою секиру обеими руками. Ну и дурак! Если бы он отпустил ее, вполне возможно, что я бы утратил равновесие или вообще упал.

Я тут же махнул своим топором, однако противник рефлекторно отшатнулся, отпустил-таки свое оружие, и я тут же рухнул ему под ноги.

Он радостно взревел, выхватил скрамасакс и бросился на меня.

Вот только я выставил ноги, и он вместо того, чтобы рухнуть на меня, вонзить свой нож мне в грудь, оказался в эдаком подвешенном состоянии, словно бы лежащий на моих ногах.

Я собрал все силы и распрямил ноги. Постарался я это сделать как можно более резко, чтобы противника отбросило подальше. Отбросило! Причем так, как я этого совершенно не ожидал. Мужик отлетел метра на три и упал спиной на рогатины. Два заостренных кола пробили ему грудь и он затрепыхался, пытаясь освободиться, но не тут-то было!

Я не спеша поднялся, подошел к нему.

– Добей… – просипел он. Изо рта обильно шла кровь, из страшных ран на груди, откуда торчали колья, тоже.

Я молча перерезал ему горло, глядя прямо в глаза. Еще секунду назад живые, человеческие, они вдруг поблекли, словно бы мгновенно выцвели. Его взгляд зафиксировался на моем лице, потускнел. Вот только что это был живой воин, а через миг это просто тело, чьи мертвые глаза глядят в никуда.

Я огляделся. Вокруг меня кипел бой, но, похоже, пока никто не обращал на меня внимания, не спешил ко мне, чтобы убить. Хорошо…как раз несколько секунд мне и надо.