— Перестаньте, — снова растянула губы в улыбке. — Вам, как мужчине, никогда бы не пришлось… — мою руку взяли в плен.

— У меня предложение забыть обо всем и больше никогда не возвращаться к прошлому, — Вячеслав поднес мою ладонь, развернул к себе тыльной стороной и нежно, осторожно поцеловал.

 Желудок скрутило, ненадолго всего мгновение, для того чтобы закрыть глаза и представить другого на его месте.

— Хорошо, — согласилась я.

— Тогда позвольте вас пригласить для начала на обещанную прогулку, а затем и в театр, где нам посчастливилось познакомиться и если вы не против, я с удовольствием позвал и родителей.

— Буду рада видеть ваше семейство, — он еще говорил о чем-то, что слабо отпечаталось в моей памяти, я на мгновение выпала из жизни и засмотрелась на снежинки, что вдруг снова возникли за окном. Кажется, драконы решили заморозить столицу, вызвав бурю. Значит, сегодня опять будут выискивать старейшину-химеру и возможно все закончиться. Уж скорее бы эти ящеры уехали из нашего города и из моей жизни навсегда!

— Тогда до встречи?

— Что? — и тут же спохватившись, — Да, конечно, до скорой встречи. 

 А наутро был принятый обществом букет. Нежные белые лепестки намекали на чистоту помыслов дарящего.

— Фу, он скучный, — пробормотала сестренка, когда наконец смогла прошмыгнуть в мою спальню.

— Тебе-то откуда знать? — по-старушечьи проворчала я, натягивая на себя домашнее платье.

— Гилмор лучше! — насупилась Софи, а я быстро подлетела к ней, схватила за пухленькие щечки и четко проговорила, чтобы до нее наконец-то дошло.

— Гилмор сейчас живет с другой женщиной! Поэтому неважно какой он! Поняла? — она чуть кивнула и только после отпустила.

 София смахнула рукой то место, где недавно были мои пальцы и обиженно на меня посмотрела, только сейчас я заметила на ее белоснежной коже красный отметины.

— Прости, я не хотела, — пробормотала тихо, но сестренка уже хлопнула дверью, оставляя меня в одиночестве.

 Задержала дыхание, не позволяя себе расплакаться, нервы совершенно вышли из строя. Я даже предположить не могла, что отношения так сильно ударят по моему умению держать себя в руках. Следующее, что я сделала, со всей силы приложила букетом об стену. И да, это принесло хоть небольшое, но удовлетворение.

 Когда я спустилась, все уже позавтракали, поэтому тишина столовой немного успокоила меня. А когда я услышала, что в коридоре переговариваются Шотдак, Родаускас и мой отец, то тут же подлетела, позабыв о голоде. На меня даже головы драконы не повернули. С чего бы это? Я вдруг стала невидимкой для них всех? Только желваки на лице отца подсказывали, что все же я не приобрела сверхсилу прозрачного стекла.

— Господа драконы, — громко заявила, — если вы позволите, то я бы хотела переговорить с вами…

Шотдак даже не посмотрел, наоборот, золотой дракон тряхнул золотыми кудрями и отвернулся, но вот Родаускас, его взгляд, холодный, таким только на химер смотреть, а не на избранную чертовым драконьим пламенем.

— Если у вас возникнет желание пообщаться с драконами, то для начала потребуйте разрешения от вашего папеньки, засим, мы бы хотели побыстрее подписать необходимые документы у генерала, — и, чеканя шаг, князь зашел в кабинет, за ним тут же поторопился и Шотдак, отец же прикрыл дверь прямо перед моим носом, явно показывая, что меня никакие дела, связанные с драконьим племенем больше не касаются. Что это за цирк?

Присела на ступеньки и стала ждать, через некоторое время ко мне присоединилась и сестра.

— Ждешь драконов? — спросила она и я примирительно ей ответила.

— Жду.

— Тогда и я? — на это только пожала плечами, лучше уж сидеть в компании, нежели одной.

— Не забывайтесь, генерал! — глухо прокричал в кабинете рассвирепевший Родаускас, и мы с сестрой даже подскочили на месте.

— Вы не понимаете, во что вмешиваетесь, последствия могут быть плачевны, — а это прозвучало от Шотдака и мы опять ничего не поняли, хотя дракон уже открыл дверь и шагнул в одно с нами пространство.

 Следом произошло нечто, что навсегда останется передо мной картинкой дурного сна. Дракон, заприметив мою глупо улыбающуюся младшую сестру, вдруг оскалился и рванул вперед. Едва уловимо для человеческого глаза, он подскочил к ней и произнес:

— Терра ли хайрем!

— Не-е-ет! — хором закричали мы с отцом, но было уже поздно. Моя сестра оседала у дракона на руках, без сознания, а сам Шотдак в растерянности смотрел, то на меня, то на Родаускаса.

— Пойдите прочь! — заорал отец и, оттолкнув дракона, подхватил Софию на руки, бросился вверх по лестнице.