— Спасибо, родной, — улыбнулась я, чувствуя, как одна слезинка все же соскользнула по щеке.

Успела даже съесть кусок в самом деле вкусного, мягкого торта с потрясающим ореховым вкусом. И хорошо, что прожевала, потому что сзади раздалось деликатное покашливание. Я чуть не взвилась с кресла в воздух от неожиданности, подскочила, чуть не запуталась в длинных концах шали, развернулась, уставившись на гостей. Один был император, а вот второй… У меня подкосились ноги, и пришлось опереться на кресло, а в ушах тоненько зазвенело. Издав невнятный возглас, я буквально повисла на шее Саймона, самым позорным образом всхлипнув и уже не сдерживаясь. Мои руки скользили по плечам и спине, ощупывали, я беспорядочно осыпала поцелуями его лицо, куда дотянусь. Даже не знала, что так бывает, вроде и по-настоящему что-то было всего один раз, но чувствам, похоже, хватило и наших встреч в Академии, пусть они и носили дружеский характер. Хорошо, почти все, если вспомнить наглого незнакомца. Слова лились из меня широким потоком, перемежаясь с обвинениями, как он мог допустить, чтобы я думала, что он погиб…

Меня тоже бережно обнимали, гладили, и с готовностью отвечали на поцелуи, и на какое-то время мы позабыли об императоре, занятые только друг другом. Наконец, мягко отстранив меня, но продолжая бережно придерживать за талию, Саймон повернулся к спутнику.

— Видите, ваше величество, я не ошибся, — невозмутимо заявил этот подозрительный тип, и с меня радость как ветром сдуло. Я подобралась и покосилась на него, уже примерно подозревая, что услышу, но… Как так может быть? — Герцогиня — та самая девушка, о которой я говорил.

— Так, милый, притормози-ка, — тут же возмутилась я и выбралась из его рук, чтобы встать напротив и упереть руки в бока, сверля скрытного гада взглядом. — Во-первых, с каких это пор ты имеешь отношение к техномагам, а во-вторых, когда это я успела стать твоей женой?

— Ну, вижу, вам многое надо обсудить, пожалуй, оставлю вас, — тут же засуетился император и прямо с веранды открыл портал, исчезнув в нем.

Мы остались одни.

— Итак? — я выгнула бровь, жаждая объяснений. — Я жду.

А взгляд мой жадно скользил по его лицу, не скрытому больше никакими иллюзиями и прочей ерундой, подмечал каждую черточку, каждую новую морщинку. И усталость, притаившуюся в глубине глаз, и то, что теперь Саймон выглядел не мальчишкой, а вполне взрослым молодым человеком лет двадцати пяти. Он длинно вздохнул, шагнул ко мне и мягко взял мои ладони, чуть сжав, при этом глядя мне в глаза. Сохранять грозный и воинственный вид становилось с каждой минутой сложнее…

— Эстер, можешь мне не верить, но я сразу, как увидел тебя, понял, что пропал, — пошел он сразу с козырей, и почему-то я не сомневалась, что не врет. — Ты ничуть не походила на тех девиц, что в большинстве пришли в Академию, кто-то, конечно, учиться, но в основном там просто шла тихая охота на выгодную партию, — Саймон немного криво усмехнулся. — Особенно среди этих, конкурсанток, — он сморщился.

— А зачем эти игры в незнакомцев? — буркнула я, не пытаясь отнять руки — приятно же, когда вот так нежно поглаживают.

— Так я откуда знал, что это за отбор такой, и зачем вас вообще в Академию послали? — искренне удивился Саймон и уже притянул к себе, обняв двумя руками. — Не хотелось подвести ни тебя, ни самому влететь в какую-нибудь гадость.

Как-то незаметно мы оказались на кресле, я — на коленях у Саймона. И так удобно и привычно оказалось так сидеть… Голова сама склонилась к нему на плечо, и я умиротворенно вздохнула. Напряжение внутри ушло, и возмущение тоже растаяло, на их место пришла тихая радость, что все-таки живой. И какая разница, как так вышло, в самом деле.

— А в Академию зачем вообще тогда пошел, еще и, как понимаю, инкогнито? — вздохнув, задала я следующий вопрос — любопытство все же зудело, побуждая к расспросам.

— Видишь ли, я пытался понять, почему моя магия с магией драконов отлично сочетается, а вот их магию наши артефакты глушат, — охотно принялся объяснять Саймон, положив подбородок мне на плечо и откинувшись на спинку кресла.

— И как, успешно? — я покосилась на его умиротворенное и расслабленное лицо.

— Вполне. Выяснилось, что у меня нет животной составляющей силы, принадлежащей драконам, а вот у них как раз есть. Кристаллы, что мы делаем на нашей территории, гасят эту самую составляющую, потому что искусственные, и созданы людьми, природных у нас нет, — Саймон с сожалением вздохнул. — И местность наша для земледелия не слишком подходит, у вас земли плодороднее, так и вышло, что кроме артефактов нам и торговать-то почти нечем. Поэтому пришлось мне лично отправляться и выяснять, в чем проблема. И я очень рад, что встретил тебя там, Эстер, — чуть тише добавил он и уткнулся носом мне в шею, отчего по коже немедленно побежали мурашки. — Хотя в любовь с первого взгляда никогда не верил…

— В любовь? — переспросила я, а губы между тем неудержимо разъезжались в глупой, счастливой улыбке.

— В любовь, да, — он приподнял голову, и в сумерках его глаза хитро блеснули. — Мне кажется, это именно так называется, когда из головы не идет одна симпатичная и своенравная ведьмочка, м?

— А что там насчет жены? — не унималась я, желая расставить уже все точки.

— Мне следовало требовать выдачи любовницы? — темная бровь выгнулась, и в голосе звучало откровенное веселье. — Нет, я понимаю, что у вас, ведьм, все проще с этим, но я слишком хорошо воспитан, между прочим. И на меньшее, чем официальный союз, не согласен, — твердо заявил Саймон, глядя мне в глаза, и добавил спокойно. — Можешь считать это официальным предложением.

И не дав мне ничего ответить, прижался к губам, лишая способности к вероятным возражениям. А вот теперь я поверила, что бабулин предсказатель все же не ошибся с этим отбором… Конечно, можно было бы повредничать, ведьма я или где, но… не хотелось. Меня и так вымотали последние дни, и дальше испытывать судьбу на прочность я не рискнула.

— Так что, согласна? — шепнул мне в губы Саймон через некоторое время, когда мы с явной неохотой оторвались ненадолго друг от друга. — Я готов хоть сейчас этот мир подписать, просто думал, император сам где-то тебя прячет по своим причинам…