— Метеоритный салют, — прошептала Кьяра. — Сказочно красиво, — она наслаждалась этим зрелищем, пока у неё не разболелись глаза. — Это так …, - приподнявшись на локте, она посмотрела на Ровера и запнулась, подбирая наиболее подходящее слово. — Поразительно до невообразимости! Я имею в виду не только этот небесный фейерверк, но и тебя тоже. Ты и вдруг эта твоя черта — пьянея от свободы любить окружающий мир. Почему в тебе столько несопоставимого, Скай Ровер? То пламя, то лёд. Но нежность, то жестокость. Я уже не удивлюсь, если ты вдруг расплачешься, умиляясь розовому карапузу, а через минуту с полнейшим хладнокровием раздавишь пушистого котёнка, нагадившего тебе на сапог.

— И такое может быть, — тихо рассмеялся Ровер, притянув к себе девушку. — Иди ко мне, зануда. … Другим людям сложно понять скворанина, — продолжил он, обнимая её, — Но за годы скитаний, вбирая в себя черты и знания различных рас, я, по-моему, стал кем-то без определяющей народности. Я знаю, я слишком многогранен, несносен, а иногда меня вообще невозможно понять, почему я поступаю так или иначе, но не всегда важно понять — достаточно лишь принять меня таким. Прими своё теперешнее таким, какое оно есть. Прими меня Колючка.

— Сверх самоуверенного мега сумасшедшего сорвиголову? — невольно улыбнувшись, уточнила Кьяра, но он не ответил.

Прижимая её сильнее, Ровер стал целовать её. Чуть дыша, касаясь губами её лица, шеи. Нежно. Затем поцелуи в губы стали более страстными, и Кьяра почему-то уже не пыталась ему противостоять. В данный момент она словно падала куда-то без страховки, и этот её полёт сопровождался только звездопадом и его губами. Ей нравилось это ощущение, вот в чём была загвоздка. Она была без ума от них. Но когда по её телу стали прокатываться волны томительной дрожи, а руки Ровера стали незаметно избавлять её от одежды, Кьяра вдруг резко остановила его:

— Нет. Не могу. Это неправильно Скай.

— О-о-о!!! Да что именно?!! — эмоции скворанина резко взвились, начиная раскачивать маятник его раздражения. — Что неправильно? Я этого хочу, ты этого хочешь, и не отрицай, я чувствую! Так почему нельзя этим заняться, если это всё равно рано или поздно случиться?! — Ровер просто негодовал.

— Это влечётся физиология, — пыталась объяснить Кьяра. — Да, мне стали нравиться эти поцелуи, даже эти разговоры, но я не могу вот так просто сдаться на твою милость и стать твоей игрушкой только потому, что у тебя появилась идея фикс — переспать со мной! К тому же, у меня ещё есть чувства к Тому. Он два года был моим парнем …

— Чувства?!! — разъяренно выкрикнул Ровер. — Просто отлично! Я лично убью этого гавнюка! Но сначала — я вырву из тебя это заблуждение, словно сорняк. Чувства! А потом ты сама захочешь стать моей … игрушкой, — процедил Ровер, сбегая с холма и растворяясь в темноте.

А Кьяра сделала то, что было свойственно её чувствительной натуре, её мечтательной душе — уснула, одна безоружная прямо посреди оазиса дикой природы. Подтянула колени, свернулась калачиком и закрыла глаза, оставшись лежать в высокой траве. То, что происходило между ними, действительно приводило её в полное недоразумение. Всё развивалось слишком стремительно. Нестабильность и изменчивость скворанина ставили её в тупик. Ровер шел напролом, ломая её принципы. Она честно сопротивлялась, но что-то внутри неё, в какие-то отдельные моменты — приходило от него в восторг. Кьяра уснула с мыслями о Ровере, а он и не подумал возвращаться, упрямо демонстрируя ей свой природный скворанский характер.

Проснувшись, девушка, наконец, увидела чистое, не затянутое тучами небо этой планеты и … три карликовых солнца.

— Система Скворан, — пораженно прошептала она, быстро вскакивая на ноги.

— Желтые карлики! — прокричала Кьяра, издалека увидев Ровера возле хижины. — Ты вернулся на свою планету?! Это же очередное безумие!

— Почему это? Обо мне беспокоишься или о себе? Кстати, хорошо выспалась? — в его пытливом взгляде читалась неприкрытая обида.

— Потому что именно скворане заклеймили тебя и приговорили к смерти! — выпалила Кьяра. — Стоп! …Природные условия не соответствуют этой системе, — девушка растерянно закусила губу, задумавшись.

— Хватит уже кусать губы, меня это раздражает!!! — давая волю нервам, выкрикнул Ровер, поймав на себе насмешливый взгляд Тана. — Да, это система Скворан! Да, я привёз тебя к себе домой, а ещё это остров с искусственно созданными на нём климатическими условиями! Этот остров, когда-то мой отец подарил моей матери! На нём находится священный колодец и храм Амриты, религиозный культ, которому поклоняются некоторые скворане! Всё или тебя ещё что-нибудь интересует?! А теперь собирай вещи мы уходим!

— Куда и почему? — процедила Кьяра, тоже начиная ощущать непонятную злость.

— Возвращаемся на наше корыто и улетаем, потому что я передумал находиться здесь! — бросил ей Ровер с вызовом.

— Прекрасно, видимо, я сорвала какие-то твои планы, ты уж прости меня, — хватая свой рюкзак, с таким же вызовом, произнесла Кьяра. — И да, из вежливости мне надо было спросить у тебя, не снились ли тебе кошмары?!

Не сдержавшись, Ровер подскочил к ней вплотную, и их взгляды схлестнулись.