Мне стало неловко перед ним.

– Хорошо… Тогда, возможно, это то на что ты должен срочно обратить внимание. То место, рядом со спортзалом, всё ещё доступно для аренды. Мы могли бы взять кредит в банке для приобретения необходимого тебе оборудования, пока страховка не покроет расходы, чтобы ты смог зарабатывать больше. Это был бы беспроигрышный вариант для всех.

Он откинул свою голову назад и закрыл глаза.

– Если бы всё было так просто.

– Но это и не сложно, - я взяла его за руку и переплела наши пальцы, сжимая их.
– Не переживай. Я помогу тебе разобраться с этим.

Он сжал пальцы в ответ.

– У нас нет на это денег. Ребенок родится через пару месяцев, и, когда я в последний раз разговаривал с риэлтором, арендная плата была выше, чем я рассчитывал.

– Тогда предоставь это мне.

Он открыл один глаз.

– Да? И как ты сможешь убедить его отдать мне это место по более выгодной цене?

– Доджер Брукс, ты вообще знаешь меня? Я собаку на этом съела. Мне известно, как добиться более выгодной сделки. Кроме того, если они не захотят скинуть цену, всегда можно показать свои сиськи, обычно это срабатывает.

Он хмыкнул:

– Боже, хотел бы и я иметь сиськи.

Я засмеялась.

– Это, действительно, большое преимущество.

Мы сидели и переключали канал за каналом. С каких-то домохозяек из Беверли Хиллс на другое бессмысленное дерьмо, которое я поставила в качестве фонового шума, чтобы подремать. На кофейном столике горело две свечи, и в доме витал тыквенно-пряный аромат. Пицца заказана, и, надеюсь, была уже на пути к нам. Я задавалась вопросом: стоит ли мне заказать вторую пиццу, поскольку была уверена, что одолею одну целиком, и бедный Доджер останется ни с чем, или ему придётся найти другую для себя.

– Ох!

Глаза Доджера метнулись к моим, а я быстро расцепила наши пальцы и положила его ладонь себе на живот. Малыш много шевелился в последнее время, но папочке до сих пор не представился шанс испытать это чувство. Мы оба сидели абсолютно неподвижно. Я даже забыла, что нужно дышать. Когда я сделала глубокий вдох, наш сын проделал какие-то безумные акробатические трюки, которые заставили меня закряхтеть, а Доджера — практически разрыдаться.

– Ни хрена себе, ты чувствуешь это?

– Ты ведь шутишь, да?

– Ой, точно прости.

– Ага, я думаю его целью была моя почка.

– Боже, это ощущается удивительно. Насколько это круто?

Казалось, он просто не услышал о том, что я получила хук справа в один из своих главных органов.

– Ну, конечно, это как солнечный свет, розы и чертовы леденцы на палочке. Фактически, он дает мне волшебного пенделя, чтобы я приняла более удобную позу для его развлечений.

Он закатил глаза.

– Ладно, ладно. Я тебя услышал.
– его рука двигалась по кругу, отчаянно пытаясь почувствовать нашего мальчика.

– Здесь, - я схватила его пальцы и чуть надавила.
– Иногда, когда похлопываешь вокруг него, он пинается.

Он разинул рот:

– Это немного жестоко, тебе не кажется?

Я искренне рассмеялась.

– Доджер, он находится в безопасном небольшом пузыре внутри моего живота. Даже, если бы я попала в автомобильную аварию, он, вероятнее всего, по-прежнему был бы в безопасности, плавая так, как будто ничего не произошло.

Сначала он попытался немного надавить, сперва неуверенно, а потом чуть сильнее. Наш маленький мужичок пнул справа, где были его пальцы. Лицо Доджера засияло.

– Он сделал это. Чтоб меня…, я имею в виду, дерьмо, он сделал это. О мой Бог, он, вероятно, может слышать меня, да? Возможно, нам не следует так много ругаться. Это может плохо повлиять на него, - я покачала головой, он был невозможен.
– Еху, дай пять маленький парень, - он использовал кончики своего указательного и среднего пальцев, чтобы поприветствовать своего сына.

Мне так нравилось наблюдать за их связью. Будь у меня под рукой телефон, я бы засняла это, но вместо этого, откинувшись назад, впитывала в себя каждую секунду. Это случилось снова. Ощущение запредельного счастья. Я была в нашем доме, разделяя особый момент с человеком, которого я бы никогда не смогла представить рядом с собой, и с маленьким мужчиной, который активно рос и заставлял своего папу улыбаться. Все было таким идеальным, что страх почти сковал мою грудь, будто этот пузырь счастья должен был вот-вот лопнуть.

Раздался дверной звонок, прибавляя этой беременности новый уровень счастья.

– Это пицца, малыш, - он наклонился и поцеловал меня, а затем мой живот.
– Мы поиграем опять, после того как поедим, маленький человечек.

Он пошел открывать дверь, пока я сидела и лелеяла любовь, что витала в моём доме.

***

– Боже, я не могу поверить, что ты уже практически на тридцатой неделе!
– Произнесла Киган, подцепляя вилкой кусочек с тарелки.

– Время действительно летит, - вставила своё замечание Донна.