Однако, несмотря ни на что, все эти варианты приводили меня к одному самому тяжелому решению. Хотела ли я все утаить и избавиться от ребенка? В то время как мой разум с самого начала отбросил эту идею, я все еще не знала, как растить ребёнка. Я всё ещё жила со своими родителями. Доджер и я даже не были в отношениях. И я едва ли могла позаботиться о себе. Зачерпнув ещё одну огромную ложку, я запихнула мороженное в рот и проглотила, не позволяя ему даже подтаять.

Я сделала глубокий вдох и накрыла лоб рукой.

— Как холодно! Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Я чуть не получила обморожение мозга. Притормози, Мейси.

В этот момент мимо меня прошла группа девочек подростков, которые смеялись над чем-то в своих телефонах. Вероятно, это была глупая игра Pok'emon Go. Господи, раньше жизнь была намного проще. Я ощутила печаль. Замороженный йогурт был единственной вещью, которая давала мне некоторое облегчение. Я расслаблялась, а вероятность расстройства желудка улетучивалась. Затем я опустила взгляд, как если бы увидела нечто многообещающее. Внутри себя я ничего не ощущала, ни движений, ни ударов. Засунув ложку в мягкий десерт, и опустила руку. Растопыривая пальцы, я нежно расположила ладонь на животе. Он по-прежнему был таким же плоским, как и три месяца назад. Кто бы ни рос внутри меня — он не торопился показываться.

Я выдохнула и закрыла глаза. Если бы я жила не с родителями и имела постоянные отношения, это была бы самая счастливая новость. Но я вела другую жизнь. И, конечно же, не была скромницей, когда перешла к физической стороне свиданий, но я всегда была осторожна. Всегда. На первом месте стояли презервативы, противозачаточные — на втором. Тогда что же пошло не так? Как я могла забыть об этом в ту ночь? Почему у меня был самый невероятный секс, и я так облажалась?

Просто… это был Доджер.

Конечно, с ним я ощущала себя в безопасности. Когда мы только начали встречаться почти два года назад, то пользовались презервативами, но по мере развития наших отношений мы отказались от них и стали полагаться на мои противозачаточные. Мы спали исключительно только друг с другом. Мы оба были чисты. У нас не было никаких причин полагать, что что-то может пойти не так. Я доверяла ему… пока мы не расстались.

Расставание не было взаимным. Ни в малейшей степени. Я хотела этого, а Доджер нет. Он постоянно спрашивал меня, какие причины послужили этому решению. И, честно говоря, я ни разу не назвала ему ни одной. Потому что, у меня не было ни одной причины, имеющей смысл. Наши отношения просто стали слишком серьезными. Что-то изменилось, и появилось ощущение вечности. А мне не подходила вечность. Я знала, если останусь с Доджером, он заведет разговор о помолвке. Именно таким было естественное развитие событий, верно? Я не была готова. Мысль о вечности ужасала меня. Мысль о замужестве пугала меня. Как и покупка совместного дома, и дети. Каждая девушка мечтала о таком будущем. Я же просто хотела быть собой. Не иметь никаких привязанностей. Чёрт возьми, я даже никогда не задумывалась о том, чтобы завести собаку, кошку, или рыбку. Вероятно, я бы их угробила.

Это было глупо. Испытывая разочарование, я поднялась со стула, чтобы стряхнуть с себя плохое настроение. Единственным способом избавиться от него — было принять решение. Время, которого казалось и так мало, уносилось с такой скоростью, что я едва поспевала, поэтому должна была сделать это. И я точно понимала, что именно мне нужно было предпринять в первую очередь. И это будет не совсем приятная сцена.

Я должна была найти Доджера и поговорить с ним. В конце концов, он имел право знать о том, что происходило внутри моего тела, и мне было плевать на последствия. Я могла справиться с любыми. Этот маленький человечек только наполовину был моим. Поэтому и выбор был не только за мной.

Смирившись, я поспешно задвинула стул под стол, и выбросила пустой стаканчик из-под йогурта. Мурашки побежали по моему позвоночнику. Они были не от холода. Наконец-то я предприняла первые шаги к решению проблемы впервые за эти недели. Я собиралась увидеться с мужчиной, который забрался мне под кожу. Я собиралась посмотреть в его голубые глаза и произнести: «Мы облажались, и что теперь нам с этим делать?»

Я знала, что скорей всего найду его в спортзале, где он работал физиотерапевтом. Садясь в свою машину, я завела двигатель и сдала задним ходом. Зал был в нескольких милях отсюда. Это было не так далеко от меня, чтобы я могла передумать и уехать из города. Я планировала доехать до туда, войти к нему в кабинет и поговорить с ним наедине. У меня все получится. И возможно тогда я снова смогу нормально дышать. По крайней мере, это то, что я себе говорила.

Добралась я быстро. Автомобиль Доджера был припаркован на его обычном месте, и я остановилась рядом. Тогда я и заметила его в панорамном окне зала. Мое сердце затрепетало, когда я увидела его красивое лицо. Доджер был высоким мужчиной, у него были каштановые волосы и голубые глаза. Телосложение — атлетическое с не перекаченными мускулами. Он следил за своим здоровьем и внешностью. У него был насыщенный глубокий голос с небольшим акцентом Джорджии. Все эти вещи заставили толпы девушек бегать за ним. Но что действительно заставляло слетать их трусики — это его фирменная улыбка. Улыбка была такой огромной, что ее можно было заметить на расстоянии. А его ухмылка каждый раз давала ему преимущество надо мной. И ублюдок знал об этом.

Так же быстро, как моё сердце начало биться, оно резко остановилось, когда я увидела суку, стоящую рядом с ним. Её звали Дана. Она была администратором спортзала. Её работа заключалась в приветствии посетителей, выдаче полотенец и ответах на телефонные звонки. Но если вы спросите меня, она была никчёмным пустым местом. Наша первая встреча произошла два года назад, когда Доджер привез Киган и меня на тренировку. К разочарованию Киган Доджер пытался доказать ей, что она была лучше, чем та считала. Тем вечером, Дана сидела за стойкой регистрации, подпиливая свои ногти, и выглядела так, будто ей засунули три ветки в задницу. Я никогда не забуду выражение её лица, когда она увидела меня рядом с Доджером. Чистая ревность. Тем вечером она следила за мной как ястреб.