Шрифт:
– Мили…
– Не называй меня так, - зло оборвала она его.
– Хорошо, Милена Сергеевна, - поднял он руки, чувствуя, как возбудился сильнее от строгого окрика.
Трахать Мили было бы гораздо скучнее, нежели строившую из себя неприступную большую шишку Милену Сергеевну.
А это однозначно произойдёт. Она хочет его. В этом не было сомнений.
«Так даже интересней», - думал он, предвкушая горячий качественный трах и горячившую кровь охоту, пока возвращался в ванную, чтобы одеться и оставить её в покое. Пока.
Глава 27. Одна на миллион
Мили весь день пыталась понять поведение Макса и разобраться в том, не было ли в произошедшем её вины.
Могла ли она каким-то образом его спровоцировать или дать ложную надежду?
«Да ну, нахрен!», - разозлилась Золотарёва, решив просто выкинуть всю эту хрень из головы.
Его шизофрения не её забота.
*
Следующим утром Милена спешила на работу, как на праздник.
«Или на свидание, - улыбнулась Мили, в очередной раз разглядывая себя в зеркале со всех сторон.
– Необходимо обновить гардероб, - приняла она твёрдое решение. – Что-нибудь более сексуальное. И стильное. Даже, наверное, дорогое».
Она никогда ранее не позволяла себе дорогой одежды, экономя каждую копейку.
В душе добавилось эйфории от предвкушения качественного шопинга.
Милена радостно схватила сумочку, впрыгнула в туфли-лодочки и выпорхнула за дверь.
Она улыбалась.
Лето в столице зачастую холодное. Золотарёва долго не могла привыкнуть к тому, что чулки возможно носить и в «горячую» пору.
«Интересно, Владу нравятся чулки? – подумала она.
– Вряд ли существует мужчина, который бы остался равнодушным к подобному элементу женского гардероба. Но Влад не такой как все. Каково это заниматься сексом на рабочем столе президента? – хаотично скакали её мысли, перескакивая с темы на тему».
*
Президент улыбнулся ей, когда проходил в свой кабинет в сопровождении чиновников и охраны.
Мили не смогла не ответить взаимной счастливой улыбкой, чувствуя, как в груди ярче вспыхнула яркая звезда её любви. Она была уверена, что так Медведь улыбается лишь ей.
Откуда подобные глупости?
«Не знаю», - отвечала она скептику внутри себя, продолжая улыбаться. Она просто знала.
Ангелина последовала в кабинет следом за важной делегацией, а когда вышла, бросила привычный неприязненный взгляд на Золотарёву.
– Сделай им кофе, - грубо приказала она.
То, что для четвёрки было привилегией, за которую они едва ли не дрались каждое утро, для личной помощницы президента было унизительной обязанностью, которую она с удовольствием перекладывала на подстилок диктатора.
Милена молча поднялась, приготовила кофе и отправилась с подносом в кабинет президента.
Никто не отреагировал на её появление, кроме Влада.
Чиновники сидели к ней спиной и не обращали внимания на пристальный взгляд диктатора, который не отпускал её на протяжении всего пути к журнальному столику в зоне отдыха.
Она знала, что её видит лишь Он и, ставя поднос, изогнулась не хуже любой порно-актрисы из фильмов для взрослых, призывно виляя бёдрами, пока расставляла чашки, угощение и фрукты. Чувствуя на ягодицах его горячий жаждущий взгляд.
Милена умышленно уронила салфетки и наклонилась ещё ниже, зная, что в таком положении юбка задирается достаточно высоко, чтобы были заметны кружевные красно-чёрные резинки чулочков.
– Сделаем перерыв, - оборвал на полуслове докладчика президент.
Мили довольно улыбнулась, продолжая раскладывать приборы.
– Мне повторить? – жёстче спросил диктатор, пока делегация потрясённо переглядывалась, не понимая причины столь резкого прекращения совещания, которое едва началось.
– Нет, господин президент, - ответил кто-то из них, поспешно поднимаясь.
Милена, наверное, с тридцать раз поправила расставленные чашки, приборы и фрукты, пока дверь за визитёрами не закрылась.
– Иди сюда, - услышала она его охрипший приказной тон, от которого всё внутри задрожало, отозвавшись жаром внизу живота.
Золотарёва медленно разогнулась и обернулась с лукавой игривой улыбкой. Не двинувшись с места. Она умышленно тянула, чтобы подогреть в диктаторе желание и разбудить в нём зверя. Сейчас ей хотелось дикого необузданного животного секса. И хотелось его на столе президента.
Милена соблазнительно закусила губку и, раскачивая бёдрами, направилась к диктатору. Под стальным обжигающим взглядом она медленно обогнула стол и остановилась у кресла правителя.
Его рука тут же скользнула ей под юбку и сквозь намокшие трусики по-хозяйски погладила пальцами чувствительное местечко.