Но всё же Алех был прав: магия ей не подвластна, а Сов никак нельзя назвать добрыми волшебниками. Она потянулась к застёжке, обещая себе снять их ненадолго, хотя бы на ночь, как вдруг в дверь постучали и в приоткрытую щель пролезла Никитина голова.

— Княжич, княжна! Там пожар, меня просили сообщить.

— Что? — Алех подскочил. — Где пожар? Почему нет тревоги? Надо немедленно вывести всех из терема!

— Ой, ну нет, я слово не то подобрал. Не совсем пожар, костёр. Посреди поля, в окно поглядите.

— Ну костёр и костёр, если не пожар, то нам-то чего сообщаешь?!

— Ну, он не наш просто. Никого из наших там нет. Он большой, в окно-то поглядите!

Вся верхушка повстанческого движения столпилась у окна. Посреди поля горел огненный столб.

— Ох, если огонь перекинется дальше, терем погорит! — сказал Алех. — Никита, быстро, скажи всем брать по ведру, бегом тушить!

Охранник кивнул. В коридоре раздались его быстрые тяжёлые шаги.

Дядя, доселе молчавший, сказал:

— Алех, оббеги всех повторно, торопи их. Скажи взять оружие, мало ли этот огонь развели враги. Я пойду к нему с дружинниками, в первых рядах. М, Лина, оставайся здесь, следи за огнём, чтобы он не приближался.

— Я не останусь. Я пойду с вами.

— Нет, ты…

— Я пойду с вами, дядя.

Она посмотрела ему в глаза. Дядя глядел в ответ несколько секунд, потом кивнул.

Спустя мгновение Лина осталась одна. Распустила волосы: сейчас они точно высохнут, у такого пожарища!

Страха она не ощущала, лишь спокойное любопытство и тягу к огню. Никогда раньше не любила смотреть на костёр, а здесь только и желала, что оказаться поближе.

Терем грохотал: люди наполняли водой вёдра, кастрюли, лохани, бежали куда-то, спорили, торопились, спотыкались, кричали: “пожар! пожар!” Оббегали мирно идущую Лину, и никто ни разу не толкнул её даже на лестнице.

Княжна спустилась вниз, вышла на улицу. Холод попытался обнять её, но крылья помешали.

Костёр горел в двухстах метрах от терема и поднимался до самых небес. Люди бежали к нему, утопая по пояс в траве, но, оказываясь рядом, почему-то останавливались.

Неведомо откуда появился Алех, встал рядом.

— Княжна, не подходите слишком близко к огню.

— Не волнуйся. Со мной всё будет хорошо.

Пламя слепило и грело. С каждым шагом ощущение, что Лина должна быть рядом, крепло.

И вот, они остановились у самой сути пожара и поняли, почему люди неуверенно стоят вокруг.

Три Красных Пса стояли перед ними. Безглазые, бесшерстые, огромные. Клыки их искрились, тощие рёбра вздымались.

Лина сжала руку Алеха. Дядя стоял слева.

— Это и есть те самые Псы? — задал он абсолютно бессмысленный вопрос.

Лина кивнула. Хоть у существ и не было глаз, ей казалось, что они смотрят прямо на неё, выжидая.

Кто-то из людей всё же плеснул воду в огонь, но один из псов угрожающе зарычал и человек отступил.

Заставив себя отпустить ладонь Алеха, Лина сделала шаг вперёд. Дышать стало горячо, а смотреть на Псов — больно, но всё же она стояла, закутанная в крылья, вспоминала завет Сов и старалась погасить страх.

Десятки пар глаз уставились на неё. Дядя сжал её плечо, показывая, что он рядом.

— Меня зовут Михалина, я — княжна города Папоротников и Цапель. У меня есть крылья и благословение Сов. Они обещали мне, что вы явитесь, чтобы помочь нам. Вы пришли за этим?

Один из Псов сделал шаг вперёд, поднимая узкую морду. Если бы Лина вытянула руку, то могла бы дотронуться до его алых клыков.

Но она, конечно же, не стала этого делать. Сжала кулаки. А если он решит напасть?..

— Да, — услышала она хриплый голос. Пасть существа не шевелилась, — Мы явились за этим. Мы явились к тебе, Крылатая Девочка. Мы будем сжигать для тебя.

Лина глянула на людей: слышат ли они голос? Судя по рассеянным лицам, нет.

— Хорошо. Пока не надо ничего сжигать. Вас много?

— Да.

— Очень много?

— Очень много.

— Хорошо. Вы пойдёте с нами возвращать мой город?

— Да.

— Какую плату вы возьмёте?

— Огонь и есть наша плата. Мы будем идти за тобой, пока на тебе эти крылья.

— Вы будете исполнять мои приказы?

— Да.

— Вы можете контролировать пожары?

— Да.

— После того, как я завоюю город, вы уйдёте?