Неждана, не удержавшись, приложила платье к себе. По переднему полотнищу, по самой середине, от ворота до низа шла полоса шириной в ладонь, вышитая золотом. Золотые змеи свивались в кольца, перетекавшие одно в другое. На подоле змеи расплескивались каймой, похожей на волны. Яростно скручивались в петли на плотном шелке, синеватом, с серебристым отливом.

Только длина оказалась короче, чем носила сама Неждана – шили-то наряд для Забавы Твердятишны, а та была поменьше росточком. В свертке лежала и рубаха крашеного полотна, серо-голубая, на удивленье мягкая.

И – змеи на подоле. Сразу видно, что вышивали узор для жены Ёрмунгардсона.

Но и я теперь в их род войду, подумала Неждана. Только надолго ли?

К горлу подкатил комок, и она отложила подарок. Снова схватила гривну с браслетами, развернула плащ, подаренный Свальдом – из овчины, смотревшийся богаче, чем её плащик из некрашеной шерсти. Бросила украшения на изнанку плаща, свернула его туго. Взяла еще узел с одеждой и выскочила наружу.

Возле закутка её поджидал Торольф.

– В баню пойду, - объявила ему Неждана.
– Вам со мной идти незачем. Там рабыня сидит, она присмотрит за дверью, пока моюсь.

– А если кто-нибудь из здешних не разберет в потемках, кто ты? – возразил воин.
– Нет, мы пойдем с тобой. И тебе спокойней,и нам.

Не ко времени его забота, мелькнуло у Нежданы. Ну да ладно, не такую беду бедовала…

Она молча обошла высоченного Торольфа и побежала к сходням. Уже на причале он её догнал, проворчал, размашисто шагая сзади:

– Козой по шатким доскам скачешь. На пожар бежишь, что ли? У нас, между прочим, и мужики со сходен падали. Внизу между сваями прибой играет, может сразу под причал затащить…

– Что норны спряли, то со мной и будет, Торольф, - бросила Неждана, не оборачиваясь.

И припомнила вдруг присказку из родных краев – кoму суждено быть повешенным,тот не утонет. В груди стрельнуло пугливым холодком. На мгновенье даже зябко стало, хотя по коже от беготни уже скользили щекотливые капли пота.

Что , если Свальд, узнав обо всем, озвереет и схватится за меч? Нартвеги в ярости словно рассудка иногда лишаются. Халла к Свенельду даже не подходила, когда тот злился. И все ножи в доме на ночь прятала…

Поздно каяться, мелькнуло у Нежданы. Уже обещала помoчь. Теперь надо дело делать, а не думками маяться. Трое детей – все больше, чем одна баба.

Да к тому же пустоцвет.

Неродящая.

что враги – так мало ли их у Харальда со Свальдом? Трое мальчишек, без друзей, без родичей, без войска,их все равно не одолеют…

Неждана побежала еще быстрей. Один из воинов, перейдя с размашистого шага на бег, пробурчал что-то неразборчивое у неё за спиной. Она в ответ лишь прибавила ходу. Добралась до бани, ощущая, как струйки пота чертят дорожки между лопатками.

Рабыня, оставленная приглядывать за парной, как раз перед ней занесла в предбанник пару полных ведер.

– У каменки поставь, - велела Неждана, заскочив следом. – Сама подожди снаружи. И не вздумай меня беспокоить! Одна помоюсь.

Баба вышла. Неждана задвинула за ней засов, бросила на лавку у входа чистую одежду и плащ из шерсти, в котором пришла…

А потом метнулась в парную, прихватив сверток с украшениями.

Как во всех нартвегских банях, в потолке над каменкой тут темнела отдушина для дыма. С краю виднелся ободок круга, сколоченнoго из досок и заброшенного на перекрытие с той стороны. Им прикрывали дыру, когда баня протопится…

Неждана одним махом подтащила к печке скамейку. Примостила на ней плащ из овчины – и, развернувшись, схватила ведро, принесенное рабыней в парную. Выплеснула воду на горящие поленья.

Те разъяренно зашипели, от каменки шибануло паром и дымом.

Неждана зажмурилась. Затем, не дожидаясь, пока рассеется едкий туман, забралась на скамейку. В спешке стукнулась макушкой о низкий потолок, но даже не поморщилась. Подумала, ощупывая доски над головой – отдушину-то как по ней ладили. Не маленькая. лавное, боком туда запрыгнуть, боком…

Да вниз не упасть. Раскаленная каменка стояла прямо под дырой.

Но прежде чем прыгнуть, Неждана уцепилась за край отдушины и повисла на руках, пробуя дерево на крепость. Пальцы обожгло, однако она стерпела. И порадовалась тому, что потолочные доски, щедро обмазанные глиной, не обломились. Стало быть, выдержат!

А следом Неждана подобрала со скамьи овчинный плащ, в который были завернуты украшения. Забросила его в дыру так, чтобы сверток упал рядом с отдушиной. Снова уцепилась за край дыры в потолке, ощутив прилив мрачнoго, пополам с горечью азарта. Подпрыгнула, оттолкнувшись ногами от лавки – чуть боком, выставив вперед правое плечо…