— О! — закинув руки ему за голову, улыбнулась Кьяра. — В этом вы поднаторели. Ронять меня в грязь, вытягивать под проливной дождь, сбивать с ног и падать на меня, пригвоздив к каменной плите всем своим весом. Я что-то упустила, драгоценный муж мой? — елейным голоском пропела она, не отказывая себе в удовольствии потеребить пальчиками волосы у него на затылке.

— Прекратите, радость моя, — оскалился Кристиан.

— А то что? — повторила свой вопрос Кьяра, мило улыбаясь и хлопая ресничками. — Выпорете?

— Сдается, что я близок к этому.

— Фи, шиисс, — Кьяра сморщила свой хорошенький носик. — Как грубо, вульгарно и недостойно дворянина. А мне еще говорили, что вы происходите из древнего аристократического рода, — и тут же со вздохом, обиженным голоском, вопросила: — врали да?

— Кьяра, — шутливо прорычал граф, опуская жену на землю возле экипажа. — Вы играете с огнем, драгоценная моя. Но это даже и к лучшему, — он улыбался, открывая перед ней дверь экипажа.

Кьяра не спешила садиться внутрь, прищурившись, глядя на мужа. Его улыбка, весь его довольный вид почему-то стал ее нервировать. «Что он задумал? — мысленно вопрошала она. — Стоит ли мне его бояться?»

— Почему? — тихо спросила она, не сводя глаз с самодовольного лица графа.

— Потому что, драгоценная моя, — Кристиан снова склонился к самому ее уху, его дыхание при разговоре щекотала ее нежную кожу на шее, — у вас не будет повода выставить меня из супружеской постели. И не сомневайтесь, я не собираюсь отказываться от того, что причитается мне по праву мужа.

Улыбка слетела с губ Кьяры словно по волшебству. Внутренности стянулись в тугой комок, а холодный липкий пот выступила на теле под одеждой.

— Но… — голос задрожал, — но… вы же обещали… вы…

— Я прекрасно помню, что именно обещал, — холодно ответил Кристиан, подхватывая супругу под локоть и помогая ей сесть в экипаж. — Настало время напомнить об этом вам, моя дражайшая жена.

Граф ШиДорван задумчиво рассматривал свою супругу. Кьяра сидела напротив него в карете, нервно покусывала губы и теребила тонкими пальчиками подол платья. Чего она так испугалась? И был ли этот страх настоящим или она играет в какую-то свою игру?

В разговоре с Аженом Кристиан уверенно утверждал, что Кьяра не имеет никакого отношения к заговору АшНавара. Он и в самом деле так думал. Но, что если это не так? Что если на самом деле все это было спланировано заранее? И эту девчонку ему просто подослали, чтобы усыпить бдительность или для какой-то иной цели?

Кристиан снова покосился на жену. Такая маленькая, хрупкая. Трогательная в этом темном платье и шляпке с вуалью. Так хочется ее обнять, защитить от всего на свете, укрыть от невзгод…

Что это за мысли? Откуда они?

— Шарх! — про себя выругался граф.

Откуда в нем такие мысли?

Неужели в нем говорит присущий всем ШиДорванам инстинкт собственничества? Или в нем говорит что-то еще?

Нет, все-таки это инстинкт. Это присущее всем магам его рода желание защитить свое, уберечь, спрятать и владеть единолично.

Граф вздохнул едва слышно и продолжил незаметно наблюдать за женой. Красива, умна, достаточно своевольна и независима для женщины, что всю свою жизнь прожила при королевском дворе. Кристиан не слишком хорошо знал царящие там порядки, но догадывался о том, какая борьба ведется в кулуарах королевского дворца. За внимание, за должность, за место подле царственных особ, за благосклонность, за деньги… Придворные не мыслили своей жизни без того, чтобы кого-нибудь не унизить, не свергнуть с пьедестала, не сломать чью-нибудь жизнь. Сплетни и слухи — вот то, что для большинства из них было дороже золота. И такой была его жена? Или же нет?

Кьяра судорожно вздохнула и бросила на него нерешительный взгляд из-под ресниц. Сделав вид, что он этого не заметил и по-прежнему увлечен рассматриванием собственных ногтей, Кристиан продолжал размышлять.

Даже если эта женщина на самом деле связана с герцогом АшНаваром или кем-нибудь еще, теперь она его жена, и находится в полной его власти. Но, странное дело, эти мысли нисколько его не успокаивали. Было противно лишь только от одного подозрения, что он мог ошибиться.

— Приехали, — резкий голос супруга вывел Кьяру из задумчивости.

За все время поездки, девушка несколько раз порывалась заговорить, чтобы разрушить мрачную атмосферу, воцарившуюся в замкнутом пространстве экипажа, но всякий раз глядя на сосредоточенное лицо мужа, передумывала. Кьяра вдруг с тревогой поняла, что оказалась, наверное, в самой сложной ситуации в своей жизни. Каждый ее шаг мог привести к возвышению или же, наоборот, к позорному ее падению. Как не ошибиться в выборе?

— Шиисс, — она все же решилась, подняла глаза на мужа. — Есть что-то, что мне стоит знать?