(короткое описание ЗД можно найти в оригинальной версии книги)

И всё же сей экстрим мне очень понравился. Причём настолько сильно, что сёкая наклюкалась моих эмоций до невменяемого состояния и едва не съела меня прямо во время процесса. Чёрт знает, что остановило её, то ли испуг мой, то ли сама в последний момент дотумкала, что делает что-то не то. Тем не менее далее она была заметно сдержаннее, срыва башни себе более не позволяла и даже стала морально поддерживать меня разговорами.

А ещё в тот раз я впервые познакомился с очищающим магическим кристаллом, который освобождал мой организм от избытков жидкости, и было это действие очень кстати при таком количестве пользовательниц. В нужные моменты сёкая включала кристалл, и я с облегчением чувствовал, как желудок мой освобождается.

Как сейчас помню, вся эта свистопляска происходила в три этапа. Вначале пятнадцать женщин, следуя одна за другой, едва не довели меня до потери сознания, потом мне устроили небольшой перерыв на пару минуток, по истечении которого я ощутил прикосновения шестнадцатой посетительницы. По контрасту с предыдущими леди она показалась мне настолько мягкой и нежной, что от удивления я окончательно протрезвел, открыл глаза и обнаружил себя в объятиях уже знакомой мне светловолосой амазонки.

Селина была очень возбуждена, и глаза её просто пылали зеленью, однако она всё равно наслаждалась мной не спеша и со вкусом, а в конце буквально утопила в море своей энергии. Именно она и оставила мне на шее третий зелёный лист, нокаутировав минут на десять-пятнадцать.

Я тогда не придал особого значения тому факту, что амазонка удачно угадала с выигрышным местом в очереди. Подумал, что ей просто повезло стать инициатором очередного моего апгрейда. Но потом, когда на следующий день Лика поставила мне третий оранжевый листик, тоже безошибочно попав на выигрышный номер, я уже удивился. Тогда-то сёкая и объяснила, что специально предупреждает моих совладелиц о моментах, когда я достигаю очередного своего порога и готов продвинуться.

В общем, за два дня я получил пару листиков, составив в общей совокупности сумму 3+3. И Мариша этому радовалась, как ребёнок. Надо сказать, что после третьего зелёного листа она почему-то была очень напряжена и взволнована. Магесса подолгу обсуждала что-то с сёкаей, и той позволено было даже съесть меня два раза вместо одного. Что к чему, я тогда понятия не имел, но понимал, что Мариша чего-то опасается.

Поедания — это вообще отдельная тема, заслуживающая подробного и красочного описания, но, увы, не в этот раз. Сейчас могу описать разве что кратко. Сёкая проявляла просто невероятную изобретательность в этом деле. Она могла, например, превратить мою постель в гигантскую вагину, накрытую одеялом. Стоило мне откинуть его, чтобы лечь, как хищница опутывала меня своими волосами-щупальцами и проглатывала влагалищем, погружая в себя с головой. В этом случае она не только съедала меня, но и трахала, стимулируя себя всем моим телом, а пищеварительный сок её выполнял функцию смазки. И надо ли говорить, что в момент оргазма сёкаи меня этой жидкостью просто заливало с головы до ног, после чего растворение моё становилось делом весьма короткого времени.

Чуть позже Мара додумалась оставлять мою голову снаружи и проникать здоровенным клитором мне в рот, пропихивая его в самую глотку. Сокращая стенки влагалища, она не только стимулировала себя изнутри, но резкими поступательными движениями глубоко насаживала меня ртом на свой гигантский клитор, без зазрения совести пользуясь тем, что после третьего оранжевого листа рвотный рефлекс у меня не работал. При таком двойном удовольствии сёкая кончала просто махом, и она, блин, ещё и эякулировала через клитор, накачивая меня своим желудочным соком не только снаружи, но и изнутри. Короче, завершалось всё опять-таки полным моим растворением и засасыванием маточным зевом размягчённой плоти.

Я уж не буду рассказывать о всех способах моего поедания. Остановлюсь только на самых популярных. Мара делала это, например, как паук: прокусывала мою кожу, впрыскивая в тело яд, который погружал меня в блаженство и растворял живьём. А потом она выпивала меня как сочный плод, оставляя лишь внешнюю шкурку. При этом сама она в паука не превращалась, сохраняя вполне человеческое женское тело, но обретала многие атрибуты этого хищника. Например, вагинальная смазка на воздухе превращалась в клейкие паутинные нити, которыми меня оборачивали в шёлковый кокон, быстро вращая мое тело очень цепкими руками и ногами.

А ядовитые паучьи жвала, знаете, где прятались? Думаете, во рту? Ха, не правильно! В промежности они у неё были, в нижней части вагины. И вот этой ядовитой писькой она искусывала меня всего-всего, вызывая острые всплески блаженства каждым впрыскиванием яда. А потом начинала трахать, пока я растворялся. И с каждым своим оргазмом впивалась в меня жвалами и вливала новые порции яда, будто эякулировала.

Боже! Это было охеренно просто, я до сих пор с восторгом вспоминаю её паучью ипостась. Другим вариантом было съесть меня способом суккубы, через член. Внешне это напоминало обычный секс, только очень приятный. До тех пор напоминало, пока не начнёшь кончать. И вот тогда становилось понятным, что не секс это, а самое настоящее поедание. Потому что меня ждала непрекращающаяся эякуляция, во время которой все ткани мои постепенно перерабатывались в сперму и высасывались через член вагиной ненасытной хищницы.

С сексом вообще были разные варианты. Я мог, к примеру, после эякуляции уменьшиться вдвое, затем, при следующей, — ещё вдвое, потом ещё и ещё, пока не становился размером с член и Мара не затягивала меня во влагалище, а там уже рассасывала и растворяла совсем. А нередко она вообще меня не уменьшала и проглатывала как есть, растягиваясь сама, как резиновая. Как-то во время куннилингуса она широко распахнула влагалище и захватила мою голову целиком, а потом медленно и не спеша тягучими змеиными глотками поглотила через вагину всё моё тело полностью, так что живот её стал необъятных размеров. После этого сёкая осталась лежать в постели как обожравшийся питон и переваривала меня минут пять, испытывая один оргазм за другим. После каждой разрядки непомерно раздувшийся живот её уменьшался процентов на двадцать. Ну под конец она усвоила меня полностью, встала и ушла. Я же проснулся, как обычно, на следующее утро в той же самой постели.