Смыв с себя остатки сна в душе и завернувшись в банное полотенце, Ава подошла к огромному зеркалу и открыла один из ящиков под раковиной — ее индивидуальный. Некогда здесь лежала всего пара тампонов, расческа и одинокая зубная щетка в футляре, но те времена давно прошли. Теперь же помимо уже упомянутых вещей там хранились полная коробка тампонов, средства для снятия макияжа и умывания, а так же специально заготовленные ватные диски, влажные салфетки, маникюрные ножницы и пилочка для ногтей, молочко для тела, бальзам для губ и маленькие баночки с дневными и ночными кремами, которые Ава периодически обновляла.

Но на одном ящике в ванной ее личная территория в квартире Рида не ограничивалась. Был еще один, где Хейз хранила вещи, не терпящие влажности и сырости. Приведя лицо в порядок и высушив волосы феном, Ава отправилась в гардеробную — небольшую комнату с рядами вешалок с костюмами и рубашками и одинаковыми ящиками встроенных комодов. В одном из них Ава держала немного косметики в виде не самой дорогой, но и не дешевой туши, скромную палетку коричневых теней и помаду нейтрального красного оттенка. Рядом так же располагались свежие трусики, лифчик, не распакованная пачка новых колготок и пара аккуратно сложенных чистых носочков. Помимо перечисленных необходимых мелочей в ящике хранилось нечто более важное: тональный крем, маскирующий карандаш, корректоры, пудра, чистые спонжы, кисти и все остальные мелочи, которые могли понадобиться при необходимости замазывать после сессий синяки и ссадины на тех местах, где их могли случайно увидеть посторонние люди. И в довершение в глубине гардероба пряталась вешалка со всегда свежей рубашкой, майкой под низ и джинсами если Аве вдруг могла понадобиться чистая одежда.

А вот шелковый халат, в который Рид укутывал ее после сессий, всегда лежал рядом с домашней одеждой хозяина квартиры. Не удержавшись, Ава достала халат и провела пальцами по мягкой и блестящей бежевой ткани. Ей вспомнилось, как Роберт впервые бережно накинул его на ее плечи, безмолвно выражая огромную благодарность за удачно проведенную игру. Она никогда не спрашивала носил ли этот халат кто-то из других сабмиссивов или Рид приобрел его специально для нее. Почему-то ни тогда, ни сейчас ответ ей был совсем не важен. Хозяин мог заворачивать ее хоть в простыню, хоть в мешковину, но его забота и то, с какой нежностью он прикасался к своей рабыне, — вот в чем для нее заключалась истинная ценность. Неприятная мысль о том, что вчера она едва не отказалась от этих прекрасных мгновений, больно кольнула Аву и тут же заставила вспомнить, что отказ Виктору еще никак не решает будущее с Ридом, а только делает его возможным. Ведь желания Роберта до сих пор оставались такими же неясными, как и прежде, да и нельзя было исключать Эмму, маму, и… Кэтрин.

— О чем задумалась? — бодро спросил Рид, входя в гардероб. На нем было только банное полотенце, обернутое вокруг бедер, и его кожа все еще влажно поблескивала после быстрого утреннего душа, который он принял сразу после Авы. Войдя, мужчина критическим взглядом оглядел вешалки в поисках подходящей для сегодняшнего дня одежды.

— Да ни о чем толком, — притворившись, что все в порядке, ответила Ава и положила халат обратно. — В основном о вчерашнем свидании.

— Еще не готова поделиться переживаниями? — поинтересовался Роберт, перебирая рубашки.

— Не уверена, что получится объяснить в двух словах, — уклончиво ответила Хейз.

— Тогда говори, как есть, — предложил Рид простое решение, отложил понравившуюся сорочку и открыл один из ящиков, в котором хранил свежее белье и носки.

— Ты сам напросился, — хмыкнула Ава, взяла в руки всю необходимую косметику и стремительно направилась в спальню, краситься у окна при дневном свете. На ходу она обернулась и ткнула тюбиком с тушью в сторону стройного ряда рубашек.

— Одень лучше синюю вместо голубой, — улыбнулась она. — Темные цвета тебе идут больше.

Роберт слегка усмехнулся в ответ и вновь оценивающе окинул взглядом свой гардероб, но Ава больше не стала подсказывать и бесшумно удалилась.

Разобравшись с наведением марафета, а также со скорой уборкой в кабинете и приведению всех разложенных бумаг в относительный порядок, они направились в химчистку. И именно тогда, когда они вышли на улицу, Аву наконец-то прорвало.

— Понимаешь, он никогда ни о чем не спрашивает и постоянно вторгается в личное пространство, — активно жестикулируя, с негодованием рассказывала она. — Раньше я как-то не особо заостряла на этом внимание, но вчера будто прозрела. Он даже не дождался меня, чтобы я тоже взглянула на счет, или заранее обговорил этот момент прежде, чем я отлучилась на минуту. А вдруг я с недавних пор в ярый феминизм ударилась и из принципа всегда плачу за себя сама? Или же мне не понравилось свидание, на второе я точно не пойду и просто не хочу чувствовать себя так, будто попользовалась его кошельком? Тонкий момент на самом деле.

— А если уже решила пойти на второе? — резонно спросил Роберт.

— Тогда бы, конечно, позволила за себя заплатить. Почему нет? — слегка пожала плечами Ава и предостерегающе вскинула указательный палец вверх. — Но спросить все равно надо было.

— Какая ты принципиальная, — широко усмехнулся Рид.

— А я никогда и не говорила, что со мной легко, — с напускной горделивостью ответила Хейз и едко прыснула.

Они шли по улице зимнего и солнечного Чикаго среди других людей как самая обыкновенная пара друзей, и Ава не могла припомнить, когда она в последний раз позволяла себе так расслабиться, не таиться и не думать о том, что их с Ридом могут увидеть случайные знакомые. Она просто шла с ним, слегка мотая своим клатчем в воздухе, и ясно осознавала, что какой-то ее очень значительной части уже совсем неважны никакие тайны и шифровки. Возможно, что только сегодня и только пока, но, как ни крути, то было очень приятное чувство.

Что касается Роберта, то он и вовсе держался так, будто совместные прогулки до химчистки субботним утром для них с Авой были чем-то очень естественным и обыденным. Не выделялся он из толпы и внешне — самый обыкновенный парень с однодневной щетиной, в джинсах, сезонных ботинках, утепленной кожаной куртке и повязанным на шее шарфом. За спиной он нес два костюма, упакованные в непрозрачные чехлы, и небрежно держал их за вешалки пальцами. Ава даже порадовалась, что не стала одеваться на вчерашнее свидание нарочито броско и ярко, и выглядела сейчас вполне повседневно и обыкновенно. Разве только ноги подустали с непривычки от высоких каблуков, но, к сожалению, кроме туфель с ремешком иной обуви она у Рида не хранила.