— Неужели между вами все настолько плохо? — участливо спросил он, заглядывая в ее опущенные и полные меланхолии глаза.

— Ну, мы действительно не можем долго общаться, чтобы в итоге не поругаться, — печально вздохнула Ава и откинулась на спинку дивана. — И то, что она постоянно ждет, что я совершу очередную глупость и сделаю с собой что-то… Это давит.

— С твоей сестрой, полагаю, они совсем не так общаются? — поинтересовался Рид и положил согнутую в локте руку на изголовье дивана.

— Эмма никогда не резала себя и не увлекалась БДСМ, — хмыкнула Хейз и снова вернулась к серьезному тону. — Да и в целом никогда не вела себя настолько агрессивно как я. Она всегда была всеми силами и стараниями за мир в семье. Хоть он явно не про нас…

Ава замолчала и пару минут задумчиво смотрела в сторону. Говорить о своем дурном семействе ей всегда было тяжело, и она с большим трудом вдавалась в подробности даже в разговорах с близкими друзьями. Но Рид умел слушать, а ей очень сильно хотелось ему открыться.

— К тому же ко мне у мамы всегда было особенное отношение, — призналась она. — Дело в том, что она меня в свое время едва не потеряла. Когда она носила Эмму, беременность прошла хорошо и легко, но со мной у нее едва не случился выкидыш. Говорят, меня тогда чудом удалось спасти. С тех пор ко мне мама относиться с чуть большим трепетом… В своей суровой и бескомпромиссной манере, конечно. А тут я со своими склонностями к мазохизму… Понимаю, что она обо мне волнуется, но ты бы только знал, как проявляется ее забота. Когда она впервые притащила меня к психотерапевту, то едва не оставила синяки на запястье. Так крепко она меня держала за руку, чтобы я не вырывалась.

— Сурово, — заметил Роберт, впечатленно приподняв брови.

— Еще бы, — недовольно фыркнула Ава. — Гарантирую, если она узнает про нас с тобой и чем мы занимаемся, то отправит меня в лечебницу для душевнобольных, а тебя затаскает по судам… И не надо так усмехаться! Я серьезно!

— У меня очень хороший адвокат, — с наглой ухмылкой легко ответил Рид. Хейз устало закатила глаза и с раздраженным вздохом сложила руки на груди.

— А как насчет тебя? — помолчав немного, спросила она. — Какие планы на День благодарения?

— Меня пригласили на прием, — без особого энтузиазма ответил Рид. — Отказаться я не могу. Там будет много людей, с которыми будет полезно познакомиться и поговорить. Возможно даже удастся решить пару рабочих вопросов.

— Не такой уж и плохой вариант, — попыталась быть позитивной Ава.

— Как сказать, — немного покривился Роберт. — Далеко не со всеми приглашенными хочется вести светские беседы. Но придется.

— Например? — осторожно уточнила Хейз, уже зная каким будет ответ.

— Например, с Кэтрин, — несколько отрешенно ответил Рид. — Ее родители — хорошие знакомые человека, который устраивает прием. Так что она в списке приглашенных, и мы будем вынуждены как минимум поздороваться и немного поговорить про ее финансовые дела.

— Мда, — только и смогла выдавить из себя Ава и отвела взгляд. Ей совсем не хотелось вспоминать бывшую жену Роберта, но в последнее время, после того, как Рид решил помочь Кэтрин, против собственной воли думала о ней слишком часто. О ней и о том, что Роберт, скорее всего, так и не смог до конца остыть к бывшей. Она слишком сильно его ранила, а он слишком сильно ее когда-то любил…

Отчасти поэтому Ава так до сих пор и не смогла вновь предпринять попытку поговорить с Робертом о них самих. Время для подобных разговоров было совсем неудачное по очень многим и весомым причинам.

— Рид, прости меня еще раз за сорванную сессию, — после короткой паузы вновь виновато попросила она.

— Ава, успокойся. Мы уже решили этот вопрос, — мягко заверил ее мужчина.

— Но я все равно чувствую себя ужасно, — тяжело вздохнула Хейз. — Одна глупая ошибка и вся встреча под откос.

— Ох, Ава, — хмыкнув, покачал головой Рид и порывисто поднялся на ноги. — Подожди здесь, я сейчас вернусь.

Девушка непонимающе нахмурила брови, но осталась сидеть на диване, нервно теребя край халата. Что именно было на уме у Роберта, она не имела ни малейшего понятия, но он зачем-то спустился вниз, в свой кабинет. Вернулся он с небольшой, длинной и узкой черной бархатной коробочкой, в которые обычно упаковывают ювелирные украшения.

— Хотел подарить в конце сессии за хорошее поведение, но раз так получилось, то пусть будет в качестве утешения, — с улыбкой произнес он и протянул Аве коробочку. Теряясь в догадках, девушка неуверенно взяла подарок и открыла крышку. Внутри на бархатном ложе покоилась короткая и широкая серебряная цепочка с плоскими звеньями. Посередине она была разделена серебряным же колечком, которое выступало в качестве еще одного звена. Простое и немного грубоватое украшение, но оно идеально вписывалось в повседневный стиль Хейз и ненавязчиво намекало на тот самый кулон, который был на ней в вечер их с Ридом знакомства.