Шрифт:
Один за одним громадные машины вспыхивали ярким огнем. Взрывались лотки с боеприпасами, за ними ракетные короба, отрывавшие, словно изголодавшиеся звери, целые куски брони, обжигая белесыми языками термитной смеси все, что встречалось им на пути.
Один за одним.
Один за одним.
В конце концов в огненном круге осталось лишь несколько машин. Бой был окончен. Пламя сузило место для пространства и последний из вражеской группы пошел на таран.
Многотонная машина разогналась и ударила меня в лоб. По стеклу протянулись трещины, паутина из миллионов маленьких капилляров начала вырисовываться прямо у меня на глазах.
Еще удар. Робот опасно накренился назад и система тут же начала сигнализировать об опасности.
Внимание!
Внимание!
Внимание!
Вспыхнула панель управления. Трехмерная модель робота указывала на значительные повреждения в области лобового конструкта. Броня мялась, искажалась, вдавливалась под действием невероятной силы прямо внутрь, но из последних сил держалась на креплениях, не давая оголить самые важные узлы.
– Прикончи его!
– крикнул кто-то из оставшихся в живых наемников.
В воздухе промелькнул луч ПИИ. Мимо. Потом снова - и на этот раз очень близко с кабиной пилота последнего противника. Через секунду, когда крен от давления второго робота стал смертельно опасным, луч буквально прожег кабину меха с височной стороны, расплавив все, что находилось внутри.
Движение прекратилось. Давление постепенно снижалось и вскоре машина замерла передо мной в своем последнем предсмертном броске.
Еще пару секунд от корпуса исходило сильное испарение. Датчики радиационного фона фиксировали резкое повышение всех допустимых значений, после чего предупредили об обпасности заражения самого пилота.
Мне удалось выровнять машину, стабилизировать его самые важные узлы и вывести на ровную поверхность, уходя все дальше и дальше от горевшего пламени. Робот последнего защитника опустил голову. Пилот был мертв. Из зияющей дыры валил дым и даже пламя, что должно было накинуться на новую жертву, старательно обходило стороной погибшую машину.
Дело было сделано. Бой закончился и потери были значительно с обеих сторон. Два наемника из звена погибли. Чей-то мех пострадал больше, чей-то меньше, но досталось всем и больше всего попалось Антону.
Войтенков едва удерживал машину от взрыва. Дымясь и коптя, как древний паровоз, он медленно шагал в безопасную сторону, разумно избегая любых мест откуда мог начаться обстрел. Я окинул взглядом Комплекс. С ужасом увидел, что всего пару часов назад желтые пшеничные поля и зеленые луга вдруг превратились в черную сажу, где не было ничего живого. Огонь уничтожил все это, продолжая жадно поглощать то, что еще оставалось целым.
Султан связался со мной чуть позже, когда звено отошло на прежние позиции и ждало дальнейших указаний. Он был рад, хотя и сдерживал себя от слишком сильных, бросающихся в глаза эмоций, поблагодарил нас и приказал уходить.
– Вас будет ждать грузовой корабль во втором квадрате.
Мы вернулись туда так быстро, как смогли. Путь замедлял лишь мех Войтенкова, но поделать тут ничего было нельзя. Вскоре, когда все машины были погружены и космический корабль пронесся над полем боя, я увидел какие ужасные последствия были у этой операции. Тысячи гектаров вокруг были выжжены дотла, здания комплексов, теплицы, жилые помещения и лаборатории превратились в пепел. Не осталось ничего, что могло бы быть восстановлено и продолжить работу. А люди... их почти не стало. Обугленные тела лежали повсюду. Их наверняка были тысячи, но взлетев очень высоко, я уже не мог разглядеть местность и просто смотрел вниз, понимая, что все это было сделано моими руками, и руками тех, кем я командовал в тот момент.
– Что за черт? Почему все пошло не по плану?!
– кричал я, едва войдя в кабинет к Султану.
Он спокойно сидел на своем кресле, отвернувшись к широкому окну, где открывался вид на планету. Затем медленно повернулся ко мне и посмотрел блестевшими искусственными глазами.
– Все прошло как надо. Ты выполнил задание.
– Убивать мирных не входило в задание!
– Ты и не убивал их.
– совершенно спокойно отвечал он.
– Да, но я чертовски этому поспособствовал!
– я подошел к окну и указал туда рукой.
– Там погибло по меньшей мере несколько тысяч человек. Они сгорели заживо так и не поняв кто и зачем на них напал!
– Почему ты так остро на это реагируешь? Ты столько лет служишь мне и только сейчас стал замечать, что война приносит не только деньги, но смерть, разруху и уничтожение.
– Есть большая разница в кого стрелять и ты это прекрасно знаешь.
Султан промолчал, дав мне немного времени остыть.
– Они все погибли, - продолжал я, - все, до единого. Когда корабль взлетел, я пытался разглядеть хоть кого-нибудь живого, но не нашел даже малейших признаков жизни. Этот комплекс стал для них могилой.