– Да ты... Да я...

Бабка глянула мельком на Скорого, и тот внезапно почувствовал посыл от неё. Он звучал как - "смерть".

Пашка включил Дар и остановил полковнику сердце. Тот схватился за грудь, упал на колени, захрипел. Бабка артистично заволновалась.

– Миша! Что? Что случилось?

Миша рухнул на пол и засучил ногами. Его тело, под напором регенерации пыталось запустить мотор. Да вот только Пашка не позволял.

Полковник боролся долго. С минуту. Даже описался. На шум выскочили все бригадные. Мазур бросилась массажировать сердце. Один из сопровождающих делал искусственное дыхание рот в рот. Ничего не помогло.

Пашка победил всех. Он, просто, погасил всю активность в мозгу бравого гильдийца.

Один из охранников Квадра встал и обличающе ткнул пальцем в Бабку.

– Это ты его довела! Ведьма!

– Дурак, что ли?
– Резонно ответила та.

Два гильдийца закинули руки полковника-покойника себе на плечи и потащили тело за ограду.

Ванесса удивилась.

– Как в Улье может возникнуть такой обширный инфаркт? Это же нонсенс.

Потом глянула на Пашкину физиономию, спокойную, как у удава, и замолчала. Поняла.

Бабка спросила.

– Беда ушла в администрацию?

– Да.

– Шило с ней?

– Ага.

– Мне нужна карта Улья. Срочно.

Танечка побежала в комнату, в которой жили кваз с Дедом, и выскочила с оригинальной картой.

Бабка развернула её на диване, лицом вниз.

– Так. Что у нас тут на днях будет перезагружаться? Ага. Сто девяносто восьмой. Это далеко. О! Четыреста тридцать первый! Буквально рядом. Перезагрузится завтра... Так, мужики, пошли упаковывать спящих принцесс. Дамы остаются с дедом и квазом. Бекас! Головой за них, за всех отвечаешь, понял?!

Тот изобразил пожатие плечами.

– Понял, чего же тут не понять. Головой!

– Бригада, за мной.

Шило, как обычно, уже заранее поработал над пленными. Те лежали, в чём мать родила. Рядом с каждым валялся клеймённый длинноствол.

Пока таскали всё это дело в прицеп, Бабка объясняла Пашке.

– Ты понял - зачем я это сделала?

Пашка пожал плечами.

– Я думаю, что это какой-то трезвый расчёт.

– Да, Паша. Сейчас у них начнётся делёж власти. Это надолго. Минимум на месяц. И им будет просто не до нас. А через месяц мы уже что-нибудь изобретём. Вот так вот.

– Что тут скажешь. Мне с тобой в политическом планировании не тягаться.

– Мне знаешь, что понравилось? Что ты ничего не спрашивал и даже не задумался. Я приказала, ты сделал. Это значит - я могу на тебя положиться в любом деле. Так же как на моих мужичков.

– Да, Мила. Можешь.

Спящие тела накрыли брезентом, а сверху насыпали битый кирпич, штукатурку, осколки стекла и прочий мусор. Тот, который получился от взрыва. Ну и так, кое-чего накидали, веток там, куски раздолбаной лавочки.

Выехали через северные ворота.

Дежурил снова Тарас. Он заглянул в кузов прицепа, спросил сочувственно.

– Сильно общагу покоцало?

– Да, - со слезой вздохнула Бабка, - досталось по самое. Хорошо хоть нас дома не было.

Упёрли тела в кластер, который должен завтра перезагрузиться.

Стряхнули с брезента мусор и Пашка с Коротким принялись расстилать его на траве.

Бабка спросила.

– А это ещё зачем?

Короткий виновато на неё глянул.

– Ну... Это как-то, всё же, по-человечески.

– Короткий! Прекрати мне! Верните брезент в кузов.

Разложили тела на полянке ровным рядком, вымели остатки мусора и поехали обратно.

Бабка посмотрела на мрачные физиономии Пашки и Короткого.

– Ну? Чего нахмурились?

Скорый повздыхал.

– Да я, вот, тоже... Не хуже Тьмы...

– Думаешь - плохие мы или хорошие?

– Ну... Может, стоило этих ребят просто отпустить...

– Короткий, и ты о том же?

– Да, Бабка. Я тоже в сомнении.

– Вы чего-то не понимаете... Эти мужички пришли ночью убивать нас. Понятно?

Пашка поправил.

– Это не карательный отряд. Это группа захвата.

– Ага! Вон оно как! А если бы они нас отдали Векселю, думаешь тот нашу бригаду жемчугом бы осыпал?... У него мы бы просто так не сдохли. Мы бы у него до-о-олго мучились, прежде чем ласты склеить. Он это дело любит... Вспомните Надюху.

Бригада мрачно молчала.